И начался самый настоящий блицопрос. Нет, даже скорее допрос, по поему скромному представлению.
Меня гоняли по всем вопросам из списка, задавали дополнительные вопросы, а затем повторяли их еще и еще, словно ожидая, что я в какой-то момент проколюсь и начну отвечать иначе.
По мере того, как устная часть экзамена продолжалась, я все больше думала о том, что в письменной и вовсе смысла никакого не было.
И эта экзекуция, скромно названная экзаменом, по моим ощущениям длилась намного дольше, чем тот час, что был отведен мне на запись ответов.
Наконец, вдоволь надо мной поиздевавшись и выжав из меня все соки, престарелые аристократы успокоились. И даже с вынесением вердикта затягивать не стали.
Из аудитории я выходила на ватных ногах. А когда дверь за моей спиной закрылась, мой взгляд стал блуждать по коридору, разыскивая лорда Рейнхарда.
Тот нашелся быстро. Законник стоял, привалившись плечом к колонне. И, заметив мое появление, тут же отмер, оттолкнулся от колонны и шагнул вперед.
— Как прошло? — поинтересовался он взволнованно.
И тут меня, наконец, прорвало.
С радостным визгом бросившись на шею герцогу, я несколько раз возбужденно воскликнула:
— Я сдала! Сдала! Сдала!
Мне до сих пор не верилось, что эти старые снобы не стали артачиться и заслуженно признали достойный уровень знаний законов у меня.
Облегченно рассмеявшись, лорд Рейнхард обнял меня за талию и прижал к себе, приподнимая от земли.
И только в тот момент, когда мои руки легли ему на плечи, а наши лица оказались в считаных сантиметрах друг от друга, я осознала, насколько мое поведение неприемлемо для местного мира.
Как, впрочем, и подобное проявление чувств в общественном месте. А особенно подобное проявление чувств от замужней дамы к постороннему мужчине.
Но я лишь продолжала, как завороженная смотреть в голубые глаза герцога, которые при таком близком расстоянии казались еще ярче.
А когда лорд Рейнхард поддался немного вперед, дыхание у меня и вовсе замерло. И я даже не знаю, что произошло бы дальше, если бы в этот момент сбоку не раздалось вежливое покашливание.
Хотя кому я вру? Конечно, знаю…
Лорд Рейнхард поспешно поставил меня на пол и отступил на шаг.
А глава коллегии, выглянувший в коридор в такой неподходящий момент, с невозмутимым выражением лица протянул мне документ, заверенный печатью Верховной Коллегии, и произнес:
— Ваша лицензия, леди де Карто. Примите мои поздравления.
И даже как-то сразу обижаться на него расхотелось за то, что появился так не вовремя.
