Которых во всей империи официально насчитывалось восемь человек. После этого боя их останется семь.
Старец был силён, но всё же он был целителем. Его призванием было спасать жизни, а не забирать их.
Палач напал, направив почти весь резерв энергии в руки. Концентратор затрещал от напряжения. Доспех бога грома вновь занял своё место, только на этот раз сила переполняла его. Треск электричества оглушал. Молнии начали разлетаться во все стороны, круша всё вокруг. Каждый удар палача сопровождался выбросом снопа искр.
Подловив старца, палач отсёк ему руку, которая не успев долететь до пола, начала разлагаться.
В нос ударил тошнотворный запах. На мгновенье замешкавшись, старик перестал успевать за своим противником.
Следом за первой рукой, была отрублена и вторая. Старец даже не поморщился. Его тело взорвалось ярчайшей вспышкой. Палач лично увидел тайную технику Распутиных. Из обрубков рук за мгновение выросли новые, полностью функционирующие конечности. Вот только ядовитого свечения на них уже не было.
Теперь сразу становится понятно, как старец смог пройти через столько сражений без единой царапины.
Оставалось только искромсать его до такого состояния, что восстанавливать будет нечего.
Выйдя из здания суда Дмитрий Викторович сразу направился к ожидающему его автомобилю. Ни один человек из доброй сотни журналистов, что сейчас собрались возле здания суда, не отважился подойти к нему. Палач был весь забрызган кровью, местами на нём попадались ошмётки мяса и костей. Кого-то вырвало, кто-то упал в обморок от увиденного.
— Домой Витя. Домой. И позвони, пожалуйста, в канцелярию, скажи, что просьба выполнена. А долг я оставляю за ним.
Палач ( Дмитрий Викторович Лопухин)
Глава 1
Сегодня был день триумфа Базиля Иванова, то есть меня любимого.
В свои 23 года я смог окончить экстерном Высшую Школу Разума. И теперь являюсь самым молодым на планете обладателем ранга магистра псионики. Присвоенного самим Фредриком Лурье — единственным псиоником за всю историю, получившим звание грандмастера.
Во время финального испытания против меня вышло сразу пять магистров из других школ. Победа далась не то чтобы очень легко, но больших сложностей я не испытал. Даже несмотря на то, что сразу после начала финального экзамена меня ослепили довольно подлым приёмом из школы иллюзий.
Одним из главных преимуществ школы разума, открывающимся только на ранге магистра стала зона маны. В пределах собственной зоны маны я спокойно мог обходиться без зрения, слуха, обоняния.
