– Хотя ребята бьются. Одно ясно: среди захваченных нашими немецких шифров такого нет. Понимаешь, материала мало: радиограммы довольно короткие и почти все одного и того же содержания, кроме одной, но о ней чуть погодя. И еще одно ясно: батареи у них слабеют и слабеют, дохнут помаленьку, а запасных явно нет. Причем, что характерно, все передачи идут из одного места. Уж это-то наши установили совершенно точно: учли «треугольник ошибок», еще какие-то премудрости. Я в этих делах разбираюсь плохо, я в первую очередь разыскник, да и ни к чему подробности.
Главное, передачи идут из одного места. Может, знаешь, о чем это говорит?
– А то, – сказал я. – Случалось с вами взаимодействовать. Это не диверсанты и не агенты. Эти в жизни бы не стали вести из одного места две передачи подряд. А наши лесомыки – целых десять шлепнули. Обычные окруженцы и в таких тонкостях не разбираются.
– Вот и у нас все так думают, – кивнул он. – Какие, к черту, агенты? Торчат на одном месте, с него и в эфир выходят… Давай-ка карту, покажу где; я уже знаю, что все карты у тебя.
Наши ездили в лесничество, но там им старый хрен в форме, малость постукивая зубами от страха, клялся родной мамой и всеми святыми, что ни одной карты леса у него нет. Приходил «герр комендант» с двумя солдатами и унес все до одной.
– Ну, мне ж надо было разведгруппы готовить… – сказал я.
Развернул сложенную вчетверо карту и положил перед ним – городком к нему, передовой к себе. С минуту Чугунцов ее внимательно изучал, потом взял из ониксового стакана карандаш и очертил небольшой кружок тупым концом с круглой розовой резиночкой в аккуратном жестяном футлярчике (опять-таки выморочное имущество беглого доктора).
Сказал уверенно:
– Вот тут они, сволота, обосновались…
И кружочек он начертил вокруг той точки, на которую показывал крестик Линды. И лежала эта точка как раз на пути, которым должна была пройти объединенная разведгруппа. Вот и выходило, что разведчики жизнью Линде обязаны – хотя никогда об этом не узнают…"
"– Понятно, почему они сидят там, как пришитые, – сказал Чугунцов, – судя по карте, там единственный на весь лес источник воды.
– Его лицо стало жестким. – Это еще не все. Вчера утром мы послали туда группу: три человека, все разыскники со стажем, никаких зеленых стажеров. Нарядили соответственно: сейчас по лесам бродят не одни только немецкие дезертиры, а прямо-таки по Библии: семь пар нечистых… Один был в советской форме без погон и пилотке без звездочки, с «ППШ».
