Аристарх Петрович тут же бережно упрятал невероятно ценные бумаги в свою папку, прижал ее к груди и с нескрываемым почтением удалился, провожаемый хозяином почти до самой двери – масштаб исполняемых и только предстоящих ему дел, да и сам уровень оказываемого доверия дарил такие ощущения, что… Что перед ними постепенно блекли почти все привычные человеческие удовольствия. Вино, изысканные сигары, тонкий флирт с таинственной (или не очень) красавицей, карты и многое другое пытались и никак не могли сравниться с тем, чем ежедневно занимался бывший титулярный советник.
Как же скучно, как же серо и уныло он раньше жил!..
– Ваше сиятельство.
На смену Горенину в кабинет проскользнул один из делопроизводителей московского отделения Русской оружейной компании, чьей почетной обязанностью была доставка свежей прессы на стол любимого начальства. И не важно, присутствует оное в конторе или нет. Вслед за тружеником пера и чернильницы в скромную хозяйскую обитель пожаловала и дородная женщина с подносом в руках – не одной лишь пищей духовной жив человек, приходится и о телесном заботиться!.
.
В этот раз «подкормкой» выступили сибирские пельмени, зернистая каспийская белужья икра, салат из помидоров и огурцов, выросших в теплицах Сестрорецка, густая сметана из Вологды, китайский чай с ломтиком цейлонского лимона и кусочком тульского свекольного сахара, а также два ломтика наисвежайшего, духмянистого пшеничного хлеба. Последний был безродным сиротой, так как зерно, из коего он и появился на свет, проделало путь столь сложный и многообразный, что проследить его происхождение не было ну никакой возможности.
Впрочем, через десять минут это стало абсолютно не важно, по причине полного исчезновения как пельменей, так и хлеба.
– Благодарю, было вкусно.
Устроив животу небольшой праздник, Александр подождал, пока за поварихой закроется дверь, после чего с большим наслаждением зевнул, едва не вывихнув челюсть. Встал, походил и уселся обратно, устроив напоследок самому себе небольшую диверсию путем открытия форточки.
Потянулся, широко раскинув руки, и обратным движением зацепил верхнюю из доставленных газет. Что там? «Российские известия»?..
– Ой мороз-мороз, поморозь меня… а то прямо за столом усну. Опа!
Разложив первый разворот перед собой, аристократ со странным удовлетворением огласил текст из передовицы:
– Высочайше удовлетворено прошение его императорского высочества Алексея Александровича о полной его отставке со всех занимаемых им постов.
