Гости его на «деловых» людей были непохожи, а следовательно – имелся оченно даже недурственный шанс отбрехаться. Правда, и на полицейских фараонов они тоже не смахивали, но об этом он уж как-нибудь потом погадает.
– Ошибочка вышла, господин хороший, вот ей-богу – ошибочка! Я и часики эти в первый раз вижу. Вам, видно, наговорил кто-то на меня, так вы ж не верьте – мы ничем таким не занимаемся, у нас все по-честному, по согласию…
Допросчик коротко махнул рукой.
Ссших!
Тум!
Голова сутенера дернулась назад и резко полыхнула сильной болью в переносице.
Прогоняя навернувшиеся слезы и хлюпая кровавыми соплями (а заодно наливаясь черной злобой), Чуркин пронаблюдал, как с его живота забирают нож, угодивший аккурат в кончик носа. Металлическим и очень даже твердым «пятаком» рукоятки.
– Три дня назад ты отдал часы своему брату, с тем чтобы он заложил их в ломбарде. Захар это сделал, взяв себе треть вырученных денег. Остальные две трети он передал тебе вчера утром.
Из кармана появились на свет металлическая змейка, тускло заигравшая на свету серебром, и небольшая коробочка, блеснувшая никелем.
– Этот браслет нашли в соседней комнате. Зажигалку – в твоем кармане. Где?
Вместо ответа Федор презрительно сплюнул. На душе было муторно до невозможности, но показывать это он не собирался – знай наших! И на каторге люди живут. Рыжебородый же на это даже и лицом не покривил – мимоходом распорядился зажечь печку, а потом просто взял да ушел. В соседнюю комнату.
…Пять минут спустя.
– МММ!!!
Сильная рука словно нехотя отпустила нос, а потом вытащила кляп, позволяя «коту» втянуть в себя сладкий и такой живительный воздух. В штанах было подозрительно сыро, в душе царил полный раздрай, но надежда на лучшую участь еще оставалась:
– Что ж вы, ироды, с невиновным человеком творите!.. М-мы!
– Ты ведь все равно не будешь говорить, правда? Тогда и я звать никого не буду – чего людей туда-сюда гонять, только расстраивать. Давай-ка лучше мы с тобой опробуем одну штучку, а?
…Еще пять минут спустя.
Странная двузубая вилка, соединенная гибким проводом с чем-то вроде телефонного аппарата, легонько ткнулась Федору прямиком под челюсть, и его тело тут же скрутило в спазме.
– Ы-ы-ы!!!
Все та же сильная рука примерно с минуту покрутила ручку, прикрепленную к ни разу не телефонному аппарату, и задумчиво зависла, выбирая – какую часть сутенерской тушки опять познакомить с электричеством.
