Равнодушно – потому что трупов он уже насмотрелся во всех видах и давно уже ничему не удивлялся. А насчет подождать, так все было еще проще: медик полицейской части никогда не выполнял свои обязанности спустя рукава, очень ответственно относясь к любой, даже самой незначительной, бумажке за своей подписью. За что, собственно, его и уважали, ибо лечил он так же обстоятельно и хорошо, как и оформлял заключения о смерти.
– Ну?
Несмотря на свои богатырские стати, Рудников (как, впрочем, и Лохматкин) умел при надобности ходить практически бесшумно.
И вообще быть неприметным, что не раз помогало ему в насквозь криминальном районе.
– Сам не видишь, что ли?
– Что-то долго сегодня.
Полностью игнорируя тихий разговор, молодой медик проследовал мимо городовых в сторону неудачливого «бегунка», задумчиво хмурясь. А минут через пять вернулся обратно, еще и озадаченно потирая высокий лоб.
– Странная какая-то история получается, Федот Иванович. А вообще, как все это дело произошло?
Доблестный страж порядка пожал плечами и, решив не утруждать попусту свой язык, подозвал чужой.
Причем выбрав именно тот, что был вполне хорошо подвешен, а его обладатель – даже самую малость образован.
– Давай, чернильная душа, излагай. Да чтобы как на исповеди мне!
Недоучившийся (причем сильно) писарь, нашедший себя в скупке и перепродаже уворованного шмотья, мялся, жался, опасливо поглядывая на здоровенные кулаки дюжего полицейского, но изливать душу не спешил.
– Ну?! Чего молчишь?
Понятливо покосившись на оттопыренные уши остальных кандидатов в рассказчики, Рудников проявил уважение к особенностям местного этикета, легонько махнув рукой.
Бумс!
Упав от добродушной оплеухи на пол, старательно заплевываемый целыми поколениями аборигенов Хитровки, мужчинка тут же шмыгнул носом и тихонечко прогундосил:
– Сразу бы так и спрашивал, а то канителисся…
– Ну!
– Поначалу их пятеро было. Морды тряпками замотаны, как зашли – двое у двери осталися, остальные головами повертели да сразу к Захарке за стол подсели. Полялякали там с ним о чем-то чутка, а потом раз – взяли да и замесили Чернявого.
А? Да, и дружков его тоже. Ну обчество стало интересоваться…
Свидетель осторожно прикоснулся к боку, явно проверяя целостность ребер. Остальные хитровцы невольно повторили этот жест, осторожно оглаживая разнообразно пострадавшие места.
– …так они втроем всех на пол сложили, ироды, да ловко так! Немного попинали, показали пистоль да сказали – кто будет бузить, того сразу наглухо уработают.
