Не хочу никого, кроме тебя, никто не сможет заменить тебя. Можешь делать со мной все, что хочешь, как хочешь, мне все нравится, лишь бы ты только пожелал со мной…»
Его речь прервал внезапный порыв ветра, ворвавшегося в храм, который потушил все горящие внутри свечи, ряд за рядом.
Они даже не заметили, как мелкий дождик обернулся ливнем. Бумажные фонари, что со стуком покачивались снаружи храма Гуань Инь, давно промокли и погасли. Все вокруг погрузилось в непроглядную тьму.
Вэй У Сянь не мог произнести ни звука.
В этой темноте Лань Ван Цзи крепко прижал его к себе и закрыл рот поцелуем.
Дыхание Лань Ван Цзи сделалось частым и прерывистым, охрипший голос раздался возле уха Вэй У Сяня: «…Сердце радуется при виде тебя…»
Вэй У Сянь прижался к нему крепче. «Да!»
Лань Ван Цзи: «…Люблю тебя, хочу тебя…»
Вэй У Сянь повторил громче: «Да!»
Лань Ван Цзи: «Не могу без тебя… Не хочу никого, кроме тебя… никто не сможет заменить тебя!»
Он раз за разом повторял слова, сказанные ему Вэй У Сянем, голос дрожал вместе с телом; Вэй У Сяню даже в какой-то момент показалось, что он вот-вот заплачет.
С каждой фразой его руки на талии Вэй У Сяня сжимались крепче, до сдавливающей боли, но Вэй У Сянь смыкал руки за его спиной все сильнее и сильнее в ответ, будто готов был перестать дышать, но стерпеть, и даже пожалеть, что нельзя прижаться еще крепче.
Перед глазами стояла темнота.
Они прижимались друг к другу так тесно, что биение сердец скрыть было невозможно. Вэй У Сянь впервые столь явственно ощущал, как бешено колотится сердце Лань Ван Цзи, как рвется из него невыносимый жар.
И еще как на его шею упала и тут же бесследно исчезла, будто ее и не было вовсе, слеза.
В передней зале послышались чьи-то торопливые шаги. Это Цзинь Гуан Яо и несколько служащих ему заклинателей вернулись из внутренних чертогов, куда уходили проконтролировать процесс. Двое монахов вышли против бушующего ветра, лишь с огромным усилием им удалось закрыть распахнувшиеся створки ворот, а затем запереть на увесистый засов.
Цзинь Гуан Яо в свою очередь вынул огненный талисман и легко подул на него. При помощи горящей бумаги талисмана он снова зажег красные свечи, чье тусклое желтоватое пламя стало единственным источником света в одиноком храме среди ночного дождя. Внезапно снаружи послышался отчетливый стук."
"Кто-то стучал в ворота. Все, кто находился внутри, моментально насторожились и посмотрели в сторону входа.
