Не Хуай Сан стоял столбом и ошалело взирал, как кирпичная стена, что он отстроил заново каких-то несколько минут назад, пошла трещиной.
Воистину ломать – не строить. Вэй У Сянь вынимал камни с изумительной быстротой, никак не сравнимой со скоростью, с которой адепты Ордена Цин Хэ Не еще совсем недавно скрупулезно укладывали их. От такой несправедливости Не Хуай Сан, подрагивая всем телом, отчаянно вцепился в веер и едва удерживался от того, чтобы разразиться слезами. Но Хань Гуан Цзюнь молчаливо стоял в стороне, поэтому Не Хуай Сан тоже не осмелился ничего сказать.
Когда же Лань Ван Цзи, наконец, лаконично объяснил, в чем дело, он тут же поклялся перед Землей и Небесами: «Не может быть! Этого просто не может быть! Все трупы, захороненные в крепости, целые, и все их конечности на месте. Там нет ни одного безрукого мужчины. Если же вы сомневаетесь в моих словах, то я готов самолично снести эту стену и доказать свою порядочность. Но после вы должны будете вернуть все на место, без малейшего промедления.
В конце концов, это все-таки родовой некрополь моего клана…»
Присутствующие адепты Ордена Цин Хэ Не присоединились к ним. Теперь разрушением стены занимались уже несколько человек, и Вэй У Сянь отошел в сторону, ожидая окончания работы. Спустя полчаса кирпичная кладка той части форта, в которой погребли Цзинь Лина, была почти полностью разобрана. Некоторые из адептов надели на лицо тканевые повязки, другие же приняли по красной пилюле, чтобы их дыхание и энергия живых не вызвали преображение трупов.
Постепенно из черного илистого грунта на поверхность начали проступать то мертвенно-серая рука, то опухшая нога с просвечивающейся сеточкой вен, то спутанные и запачканные землей волосы. Трупы мужчин, всех до единого, наспех очистили и стройными рядами уложили на землю.
Мертвецы оказались на любой вкус и цвет: нашлись среди них и совершенные скелеты, и полусгнившие останки, и почти нетронутые тлением тела. Однако все их конечности были на месте, ни одного трупа без левой руки обнаружить не удалось.
Не Хуай Сан осторожно заметил: «Снести одну стену ведь достаточно, правда? Нам же не придется рушить всю крепость? Право же, не стоит…»
Одной стены действительно хватило. Проклятая метка на теле Цзинь Лина была насыщенного темного цвета, а значит, тварь, ее оставившая, находилась очень близко к нему, не далее, чем на расстоянии, равном протяженности стены.
