К тому же, с самой постройки минши почти все ритуалы заканчивались удачно, и потому заклинатели снаружи сейчас были так встревожены.
Вэй У Сянь заметил, что Лань Ван Цзи до сих пор не появился, и недоброе предчувствие охватило его. Будь Лань Ван Цзи в Облачных Глубинах, он бы со всех ног поспешил на тревожный звон колокола, если, конечно, он не… Вдруг черная дверь резко и с грохотом распахнулась. Адепт в белоснежных одеждах, ковыляя и спотыкаясь, нетвердой походкой вышел наружу.
Ноги едва держали его, потому, едва выйдя, он кубарем скатился с лестницы.
Дверь минши тут же захлопнулась за ним, словно кто-то сердито дернул ее с внутренней стороны.
Растерявшиеся поначалу заклинатели быстро помогли ему встать. Но стоило адепту подняться на ноги, как он тут же упал вновь, против своей воли заливаясь слезами. Он отчаянно вцепился в людей рядом с ним: «Не должны были… не должны были призывать…»
Вэй У Сянь незамедлительно схватил его за руку и твердо произнес: «Чей дух вы призывали? Кто еще находится внутри? Где Хань Гуан Цзюнь?!»
Казалось, что заклинатель задыхается: «Хань Гуан Цзюнь приказал мне спасаться…»
Но не успел он завершить фразы, как темно-красная кровь хлынула из его носа и рта, и Вэй У Сянь передал адепта в руки Лань Сы Чжуя.
Затем он, с наспех изготовленной бамбуковой флейтой, по-прежнему заткнутой за пояс, преодолел лестницу в несколько больших шагов, пнул дверь минши и приказал: «Откройся!»
Черная деревянная дверь резко распахнулась, дико захохотав беззубым ртом.
Вэй У Сянь в мгновение ока нырнул внутрь, и она тут же захлопнулась вновь. Несколько адептов ошеломленно попытались последовать за ним, но минши по-прежнему отказывалась открываться, как они ни старались. Один из приглашенных заклинателей в изумлении и гневе заколотил в дверь, в сердцах выпалив: «Во имя Небес, да кто же он такой?!»
Лань Сы Чжуй поддерживал пострадавшего адепта и, стиснув зубы, проговорил: «Лучше помогите мне! Его цицяо истекают кровью!»
Войдя в минши, Вэй У Сянь сразу же почувствовал, как темная энергия плотно окутывает его.
"
"Эта энергия являла собой смесь ненависти, ярости и высокомерия, почти видимую человеческому глазу, и любой, погруженный в нее, ощущал неясную, давящую боль в груди. Внутренняя часть минши оказалась квадратом примерно десять на десять метров, и сейчас в его углах беспорядочно лежали неподвижные люди, а в центре комнаты на магическом поле находился предмет призыва.
