Бабушкой ее язык не поворачивался назвать, хотя видно, что лет ей ох как немало.
– Почему «птичка»? – спросила моя свекровь, поджавшая губы при виде своей бывшей свекрови.
– Потому что эта милая девушка имела в девичестве фамилию Соколова. И попалась в сети твоего одаренного отпрыска, как глупая пичужка, – не глядя на провинившуюся невестку, снизошла до ответа бабуля Князева.
Когда все перезнакомились, Маргарита Артуровна на правах старейшины еще раз утвердила наш союз, публично благословила, после чего сообщила:
– Дорогие члены семьи.
Сегодня, раз уж мы все в сборе и готовимся отметить свадьбу Александра, я хочу вам сообщить. Я решила уйти на покой. Силу и дар я передаю Карине.
Ох, что тут началось. Родственники Алекса повскакивали, роняя стулья, что-то бурно выясняя. А я спросила его на ухо:
– Чего это они?
– Волшебники могут при желании передать свои дар и силу. Либо просто так, либо перед смертью… Тогда они станут обычными людьми, а их преемники станут волшебниками.
– Тихо! – словно в мегафон, прозвучал голос Маргариты Артуровны. – Кто-то хочет оспорить мою волю?
Желающих не нашлось.
– Карина, ты не волшебница и явно не понимаешь, что происходит. Можно, конечно, потерпеть, и тебе все объяснил бы муж позднее. Но я считаю, что тебе пора втягиваться уже сейчас. Для понимания, зачем и почему я решила передать дар именно тебе. Мы, волшебники, живем очень долго. Мне почти пятьсот лет. Твоей свекрови больше двухсот. И я не хочу, чтобы мой любимый внук видел, как стареет и умирает его единственная избранная.
Это во-первых. Во-вторых, желаю быть твердо уверенной в том, что ваши будущие дети родятся обладающими силой и никаких осечек не будет. А в-третьих, я устала и хочу покоя. Надоело мне всех вас караулить и следить, что вы вытворяете. Тихая старость без всяких этих штучек… – над столом взлетел кофейник, облетел всех, наливая кофе в пустые чашечки, – это то, что я заслужила на склоне лет. К тому же я встретила чудесного мужчину, итальянца.
В Италии прекрасный климат и виноградники. А мне наскучило быть вдовой.
– Ба!
– Маргарита Артуровна!
– Мама!
Когда гвалт стих, невозмутимая седовласая дама улыбнулась, ткнула через стол в мою сторону указательным пальцем и сказала: – Отдаю дар и силу!
Мне в лоб влетела искра, сорвавшаяся с кончика ее пальца, а дальше… я не помню. Очнулась уже дома, в своей квартирке. Рядом спал Алекс, а я была заботливо переодета в ночную рубашку.
