Только ты ведь помнишь, дорогой внук, что в современном мире этого недостаточно?
– Конечно, ба! Я завтра же оформлю все как нужно. Спасибо.
– Сочтемся, внучок! – хмыкнула она. – Хотела бы я посмотреть на лицо твоей матери, когда она услышит новость.
– Ну, ба-а. Когда же вы с мамой уже помиритесь?
– Никогда, дорогой. Зато я знаю, кому передам свой дар и силы перед смертью.
– Бабуль, ну какая смерть? О чем ты? Спасибо. Карина выздоровеет, мы к тебе в гости приедем. Можно?
– Нужно! Все, открывай зеркальный коридор.
А Карина пусть спит, ей тяжело пришлось. Удивлена, что она столько дней боролась и цеплялась за жизнь. Сильная девочка. Ты ее едва не угробил со своей печатью.
– Ба, я нечаянно, клянусь! Ухаживал за ней, а она… И я сам не знаю, как так получилось…
Голоса стихли, я уже почти уплыла в сон, так и не сумев взглянуть на гостью. Впрочем, убежденности, что это все наяву, у меня не было. Очень уж странные разговор и вся ситуация…
Прогнулся диван, и рядом вытянулся Князев.
– Да уж, – проговорил он, щупая мне лоб. – Не так я все планировал, но что уж теперь. Прости, Карин. Я не специально, но постараюсь загладить свою вину. Тебе не придется жалеть, что ты согласилась стать моей парой.
– Какой еще парой, Князев? – пробормотала я, переворачиваясь на бок и прижимаясь щекой к его прохладной коже. – Холодненький, как крокодильчик… Хорошо…
Проснулась я на следующий день только к вечеру. Измученный организм сдался и вырубился, устав бороться с болезнью. Но что странно, очнулась я в удивительно хорошем состоянии.
Кашель и насморк присутствовали, но пропали дикая слабость и ломота. И даже голова перестала быть в тумане, как все минувшие дни. Тогда я вообще с трудом воспринимала действительность: что мне мерещится, а что – на самом деле. И даже ночной разговор сейчас выветрился из памяти и остался лишь легким воспоминанием, словно о сне. Вроде как было, но не по-настоящему.
– О, Карина! – вскочил Князев из-за стола на кухне, куда я заглянула после туалета и ванной.
– Ты как? Получше?
– Знаешь, кажется, да, – отозвалась я, прислушиваясь к своим ощущениям. – Похоже, у меня этой ночью был кризис. Такой бред привиделся… Наяву ведь подобного не могло быть, да? – с подозрением уставилась я на него, пытаясь сообразить, привиделись мне странные разговоры с якобы бабушкой парня или были на самом деле.
– Кризис у тебя был позапрошлой ночью. А потом ты проспала, не просыпаясь, почти двое суток.
