Заклинание тишины студенты учились ставить достаточно рано, еще на первом курсе, и вовсю его использовали, стараясь скрыть свои гулянки, поэтому услышать, что творится на этаже, можно было, только заглянув за дверь.
В обнимку со все еще полной бутылью бегал радостно-пьяный Леон и орал:
– Ура! Она не кончается!
Мелисса – черноволосая и готичная девица – сидела на стуле, скрестив ножки, обнимала подушку и томно вздыхала. Мне даже стало неловко, словно я подглядела за какой-то очень интимной сценой.
Марк отплясывал на столе, причем, судя по его движениям, парню казалось, что он там не один.
Лорена ползала по полу и бормотала себе под нос:
– Еще нашла! Изумрудик, бриллиантик. Мои ж вы хорошие! Как вас тут много! – Она вскинула глаза на меня, прикрыла руками на полу что-то невидимое и пьяненько шикнула: – Софа, кыш! Тут все мое!
– Что – все? – удивилась я, разглядывая не очень чистый половичок в холле третьего этажа.
– Да брюлики она собирает! – крикнул со стола Марк и притянул к себе воздух, словно это была знойная красавица.
– Не видишь, что ли?
Я не видела, но решила не расстраивать пока однокурсников и не говорить, что у них знатные глюки. Все равно не поверят. Вместо этого направилась за Леоном, который в ближайшей комнате щедро разливал самогон всем желающим.
– Софа, когда хочет, может быть совсем не катастрофой! Пейте, народ, такая штука забористая. Желания и правда исполняет, только с подвывертом (Софа же делала), но все равно приятный бонус. А самое главное, этот сэм не кончается! Ути, мой хороший!
К кому была обращена последняя фраза, я не поняла, но решительно вошла в комнату.
– Леон, бутыль отдай!
– О! – пьяно завопил парень. – Софочка пришла! Давай я тебе налью!
– Нет уж! – я замахала руками и отступила. Не настолько себе доверяла. – Бутыль верни!
– Нет-нет! – Парень быстро плеснул в огромную кружку самогон, поцеловал зачем-то стекло бутылки и дал от меня деру. Я, естественно, помчалась следом, планируя догнать паршивца, но бегал Леон хорошо, гораздо лучше меня, и знал, в какой комнате спрятаться.
Пока я искала нахала, общага все больше стала напоминать дурдом. Студенты ходили словно зомби. Найти среди них того, кто еще не прикоснулся к прекрасному, было крайне сложно. Как я поняла, мой волшебный самогон порождал занятные галлюцинации, создавая иллюзию исполнения самых заветных желаний. Едва только хмельные пары выветривались, приятные глюки исчезали. Тогда слышался обиженный вопль, и страдалец мчался за новой дозой.
