А ствол дерева расплывался издевательски долго, словно специально медлил, чтобы я окончательно потеряла терпение.
Свет фонарика выхватил знакомые темные волосы, черные глаза, широкие плечи. Уронив фонарик и зонт, я повисла на Шейде. Василиск обнял крепко, уткнулся лицом в шею и выдохнул:
– Пришла!
– А ты сомневался?
Я чуть отстранилась, обняла ладонями его лицо, стерла пальцами капли дождя и коснулась губ поцелуем. Нежным, как его письма, с терпким привкусом грусти от бесконечного ожидания. Ласковым, как сама любовь.
– Я люблю тебя, – хрипло выдохнул Шейд.
– И я…"
"Он нехотя выпустил меня из объятий. Фонарик, завалившийся в ямку между корнями, светил снизу, как огни рампы. В руках василиска был большой букет роз.
– В тот день я хотел сделать тебе предложение, как принято в твоем мире. – Шейд достал из кармана коробочку, вытащил кольцо, до странности маленькое в его пальцах. – Ты выйдешь за меня?
– Предложение с опозданием в год? – Я укоризненно покачала головой, изо всех сил стараясь хмуриться.
– Ну… Мне надо подумать…
Я задумчиво постучала пальцем по мокрому подбородку.
– Я чувствую твои эмоции, – насмешливо напомнил василиск, опускаясь на одно колено.
– Так на то и расчет! – рассмеялась я, шагнула к нему, наклонилась, поцеловала в мокрые от дождя губы. – Я выйду за тебя!
Шейд аккуратно взял мою ладонь, надел кольцо, вручил букет и, притянув к себе, уткнулся головой в живот.
– Я так скучал, – едва слышно сказал он.
– Я тоже. – Я погладила мокрые темные волосы.
Мы совершенно забыли, что мы не одни. Папа громко откашлялся, приобнял маму за плечи. Близнецы и Мерсия маячили у них за спиной.
Шейд нехотя выпустил меня из рук, встал, подцепил зонт, водрузил над моей головой, поднял фонарик, вручил мне.
– Это мои родители! – Я не сдержалась и сама обняла василиска. – А это мой парень!
– Вы любите чай? – спросила, зябко поежившись, мама. – Черный байховый?
– Обожаю!
– Тогда домой! – скомандовал папа. – У нас не так много времени на знакомство.
На чай отправились только мы с Шейдом и родители. Близнецы пошли прочесывать торговые центры. Прежде чем убежать следом за ними, Мерсия шепнула мне: «Удачи!»
Удача нам с василиском понадобилась.
За чаем папа устроил допрос «новобранцу»: судился, женился, работал, привлекался, чем живет. Шейд отвечал четко и прямо. Отец почуял в нем бывшего военного и оттаял. «Призывника» признали годным к службе, то есть к должности моего парня и будущего зятя.
