От радости подпрыгнула на месте, как ребенок. Невероятно! Это так захватывающе и волнующе! Хотелось перемещаться снова и снова! Испытать себя и свои новые возможности.
Впрочем, кто мне мешает?
Следующей целью я выбрала обзорную площадку, ту самую, где мы первый раз поцеловались с Арчи. Представить ее не составило труда, а пожелать оказаться там, в этом особенном для меня месте – еще проще.
Всего миг, и я перенеслась на вершину башни. Пронзительный осенний ветер трепал мои волосы, забирался под широкую рубаху, холодил лицо.
Но мне было все равно. Эйфория от моих новых возможностей накрыла с головой. Я с улыбкой смотрела на раскинувшийся передо мной город, чувствуя себя его частью.
Магия пульсировала в моих венах, разгоняя адреналин. Хотелось кричать, радоваться и делать глупости. Осознание, что я настоящая магичка накрыло меня.
Появилось теплое, почти интимное ощущение, что я принадлежу этой империи. Этому магическому миру.
Я вернулась к себе и постаралась успокоиться. С каждым разом перемещения давались все легче.
Стоило возникнуть картинке в голове и добавить внутреннее желание там оказаться, как воздух послушно загустевал, подхватывая тело.
Я еще раз проверила свои силы и переместилась на центральную площадь столицы. Напугала стаю голубей и старушку в забавных вязанных носках, что торговала цветами. Извинилась и, завернув за угол, вернулась обратно.
Ощущения волшебства и всемогущества никак не покидали меня. Теперь я смогу многое.
А хотелось одного – оказаться в своем мире, увидеть маму и убедиться, что с ней все в порядке.
Наверное, переместиться в другой мир – совсем не то же самое, что в другую комнату или даже на другой конец города.
Но меня это не отпугивало. Дар так и просился наружу, требовал новые пункты назначения. И я готова была рискнуть…
Я закрыла глаза, представляя свою комнату. Светло-розовые обои, которые мама поклеила, когда мне было пять, легкие занавески в мелкий цветочек, деревянный письменный стол с небольшой лампой, кровать, застеленная старым пледом.
Сердце болезненно сжалось от тоски по дому. Я так соскучилась по мелочам, оставшимся там: по книгам, фотографиям, даже по плюшевому медведю со рваным ухом, сидящим в углу.
Ну и больше всего, конечно, по маме…
Воздух стал густеть. Сердце начало бешено колотиться, а в груди возникла тяжесть. Такого раньше не было. Словно весь воздух выкачали из моих легких.
Задыхаясь, я жадно хватала ртом пустоту, но это не приносило никакого облегчения.
