Он взял Аэлиту за руку, вывел из граненого тамбура в коридор и сразу понял, что не ошибся. Коридор был другим, треугольным в сечении, и он выходил в просторный бокс в форме конуса, с рядами решетчатых колонн. А возле ближайшей колонны стоял с рассеянным видом Высокий и грыз ногти."
"– Быстро вы привыкаете к экстремальным условиям, Мстислав Сергеевич, – сказал он. – Интересно было наблюдать за вашими похождениями. Однако пора и определяться. Честно говоря, вы мне надоели. Выбирайте: вы добровольно оставляете здесь вашу даму, и я вас отпускаю на волю.
Или же остаетесь здесь, но уже в качестве груза «200».
– Какого груза? – не понял Лось, отстраняя Аэлиту. Высокий криво усмехнулся.
– Ах да, я все время забываю, что вы человек из прошлого. Груз «200», дорогой Мстислав Сергеевич, это гроб. Со всеми удобствами. Правда, на борту этого левиафана с удобствами не ахти, так что перспектива не из веселых. Что вы предпочитаете?
– Выпустите нас! Иначе!..
Высокий смерил фигуру Лося скептическим взглядом.
– Вы что же, в самом деле собираетесь драться? Сколько вам лет?
– Не имеет значения!
– Лет пятьдесят пять, наверное. Мне – сорок. К тому же вы скорее всего понятия не имеете о боевых системах самозащиты. Зачем вам напрягаться? Ведь по складу ума и характеру вы философ с уклоном в самосозерцание. Так? А я, между прочим, уже давно не общался с женщинами.
Лось вытащил маузер.
– Богом прошу, не становитесь у нас на дороге!
Высокий не обратил на его жест внимания, продолжая рассуждать:
– Ваша принцесса как минимум вдвое моложе.
Лет через пять-десять у вас начнутся проблемы со здоровьем, особенно с потенцией. Еще через несколько лет вы начнете забывать имена, потом лица, потом застегивать ширинку… ну и так далее. А ваша подруга все это будет видеть… Неужели вы хотите такой жизни? – Высокий перестал ходить взад-вперед, хищно посмотрел на Лося. – Я сегодня не в лучшем расположении духа, Мстислав Сергеевич. Слингер не желает запускаться, понимаете ли.
Но я готов предложить компромисс. Пожалуй, я отпущу вас… одного, разумеется. Живите. Долго. И счастливо, если получится. Правда, если жить на свете долго, то можно и помереть, как говорил один юморист. Но это уже другая история. Идет?
Лось поставил палец на курок маузера, чувствуя вздрагивающее в ознобе плечо Аэлиты. Этот озноб ожесточал сердце больше, чем ехидство бывшего попутчика.
– Я… выстрелю!
Высокий поднял брови.
