Стала видна горная страна к северу: нагромождение скал, разломы, ущелья, кратеры, кое-где прорезанные искусственными каналами. К западу от нее начиналась оранжево-красная пустыня. Ее каналы почти сплошь заросли кактусами. На юг уходили мрачные изломы и арки гор Лизиазиры.
– Да, здешний Марс не похож на наш, – заметила Настя. – Формы рельефа здесь значительно разнообразнее. Плюс каналы.
– Смотри! – встрепенулся Тарас, обнаружив на горизонте темное понижение, долину, раздвигавшую горы.
– Астроблема?
– Сейчас увидим.
Через минуту взору открылся гигантский разлом, пробивший горный хаос небывалой величины шрамом. Края его были закруглены и оплавлены, отблескивая глазурью. Центральная часть пряталась в тени, но можно было догадаться, что там находится дно разлома, очень глубоко, не меньше, чем на десяток-два километров.
– Вот это кратер!
– Действительно Божья Рана!
– Интересно, где здесь прячется дракон Кадум, о котором говорила Иха? – со смешком проговорила Настя. – Ты ничего не видишь?
– Пока нет.
– Пора запускать систему… – Настя не договорила.
«Голем» вдруг покрылся слоем дрожащего воздуха, словно был нагрет до высоких температур.
– Мы в луче гравилокатора! – доложил инк. – Фиксирую слабое торсионное возмущение пространства.
– Какой еще гравилокатор?! – удивилась Настя. – Откуда на Марсе такая техника?!
Тарас почувствовал неуютное беспокойство, будто его голого рассматривали чьи-то недобрые глаза.
– Давай сядем. Не нравится мне… – он не закончил.
С трех сторон от краев шрамовидного кратера метнулись к «голему» огненные пунктиры.
И перед глазами пилотов загорелось солнце!
Удар!
Чудовищной силы рывок! Это инк аппарата попытался отвернуть, сбросить с себя луч локатора. Визг сирены!
– Прыгай! – крикнула Настя, имея в виду переход «голема» на «струну» мгновенного движения.
Но было уже поздно.
Новый удар потряс аппарат и тела пилотов.
Дурнота скрутила желудки!
Последнее, что услышал Тарас, был голос инка:
– Потеря энергоресурса! Произвожу аварийную посадку!..
Затем на голову рухнула стена тьмы…
Очнулся он от холодного жгучего ручейка, пронзившего плечо, шею и голову. Сознание прояснилось. Стало понятно, что сработала медико-адаптирующая система уника, включившаяся самостоятельно и приведшая хозяина в чувство.
– Аэлита… – позвал он машинально.
– Поздравляю, Жданов! – послышался насмешливый голос Насти. – Ты уже грезишь Аэлитой. Товарищ Лось тебя не поймет.
Кровь прилила к щекам.
– Я… просто хотел…
– Не оправдывайся.
