Где каждый определенный член занимает своё место в цепочке. Один выбывает, и она рушится. Как было, когда выбыл Соколов. Но это лишь на время. Всегда находится замена.
— Что она говорит, Вика? — лепечет Марика. — Ты продаёшь наркотики? Толкала их Саше?
Её глаза широко распахнуты, и она смотрит на свою лучшую подругу в лёгком шоке. Вика сама рассказывала, как Марику прессовали родители, когда узнали, что кто-то в их компании употребляет. Стас, приоткрыв рот, с глупой улыбкой держит перед собой телефон.
— Конечно, нет.
Она ничего не знает. Не докажет, — выплёвывает Вика. — Доказательств нет.
— И их не будет, даже если вытрясти сумки каждого, кто здесь находится? — улыбаюсь. — Можно начать как раз с твоей, Вика.
— Ты не…
Ярослав поворачивается к своей сестре и зло шипит, чтобы заткнулась. Но, вместо того чтобы замолчать, Вика начинает сначала неестественно смеяться, а буквально через несколько секунд заходится в истерике, от которой закладывает уши.
— Уберите её, — кричит кому-то парень.
Мне бы тоже пора убраться, но эффектно исчезнуть не получится.
На нас направлено несколько телефонных камер. Музыку давно выключили, и все прислушиваются к разговору. Тихие шепотки проносятся по толпе.
Зеваки всегда любят снимать пикантные ситуации, а в таких компаниях никто не брезгует покопаться в грязном белье другого. Но мне это только на руку. Я, в отличие от других, не делаю ничего противозаконного. В данный момент. А то, что было до… я всё ещё продолжаю расхлёбывать то дерьмо с аварией, в которое попала из-за слишком большой любви к деньгам.
Теперь я пытаюсь избавиться от неё. Искупаю вину.
Ярослав не провоцирует больше на откровения. Кружит рядом, как ястреб. Смотрит исподлобья, затягиваясь сигаретой. Густой дым вылетает из его рта прямо мне в лицо. И я упускаю момент когда он оказывается так близко, что почти нависает надо мной, касаясь носом.
Больно сжимает моё плечо и без слов встряхивает. Так что у меня клацают зубы.
— Пусти.
— Не-а. Я тебя теперь отсюда не отпущу.
Слишком болтливый у тебя язычок, а жаль… мордашка у тебя очень даже ничего. Печально, что не добрался до остального. Мы могли бы стать хорошими друзьями, Лина.
— Размечтался.
Пытаюсь вырваться, но Ярослав и не думает отпускать, сжимает пальцы сильнее. Боль ослепляет. Из моего рта вырывается шипение.
— А Вика ставила на тебя. Неужели ошиблась? Про копов ты напиздела же, да?
— Попробуй выйти отсюда и узнаешь.
— Наивная маленькая сиротка.
