Бросает быстрый взгляд на мою грудь, спрятанную под обтягивающей серой тканью, и отводит глаза в поисках телефона.
Задача непростая.
Нам вчера обоим вышибло предохранители.
Оба мобильника мы находим на кухне, на которой так остался стоять не убранный в холодильник суп от хозяйственной Евы.
— Твой брат не обиделся, что ты выгнал его из собственной квартиры вчера? — спрашиваю в прихожей.
— За него не переживай. Ева о нем позаботится.
— Или он о ней.
— Или он, — с лёгкой улыбкой произносит Мирон. — Ты в этом платье ходячий секс.
Трахать и трахать.
Широко распахиваю глаза на эту внезапную пошлость. И пропускаю момент, когда Мирон оказывается рядом. Собственнически кладёт руку мне на зад и двигает к себе. Я врезаюсь в его твёрдое, горячее, полуголое тело. Веду руками по плечам и зарываюсь в волосы на затылке. Тяну за длинные пряди. Ощутимо. Больно.
—У меня всё болит от твоих размеров. Нужен тайм-аут.
Зрачки Мирона расширяются. Член дёргается под резинкой шорт, и я отчетливо ощущаю, как он увеличивается в размерах, упираясь мне в живот.
Гейден трогает мои бёдра, сминая ткань платья, и оголяет задницу. Сжимает ягодицы и толкает на себя. Чтобы я в полной мере ощутила его возбуждение. Опускает голову, ведёт носом вверх по моей шее и втягивает носом воздух. Низ живота простреливает жаром.
— И чем же мы тогда займёмся вечером, НеАнгел? — спрашивает низким порочным голосом.
Мирон Гейден — вот кто ходячий секс и порок. Он всего лишь меня касается, шепчет на ухо и окутывает свои запахом, а я уже его хочу.
— Закажем пиццу? — предлагаю. — Готовить я не умею. И о чем-нибудь поболтаем.
— А я не особо умею вести светские беседы.
Усмехаюсь и отклоняюсь. Тянусь первой к его губам, получаю целомудренный чмок и расстроенно выдыхаю. Хочется большего. Но нужно ехать, телефон Мирона уже сигналит, писком сообщая о приехавшем такси.
— Можно, например, поболтать о твоих проектах. Я слышу об этом первый раз.
— Я лучше тебе покажу, — обещает загадочно.
— Ты что, снимаешь порно? Или продюсируешь его?
Несколько секунд Мирон внимательно смотрит мне в глаза, а затем, запрокинув голову, громко и открыто смеётся.
— Иди уже, НеАнгел. И возьми это, — отсмеявшись, Гейден вкладывает мне в руку комплект ключей. — Меня может не быть в квартире.
Вихрь смятения бунтует в душе. Я мешкаю, но всё же сжимаю ключи в кулаке.
— Хорошо. Ну… до вечера?
— На связи.
Когда я сажусь в такси бизнес-класса, чувствую, как печёт затылок, будто кто-то наблюдает.
