Собеседник сделал было недоумевающее лицо, но Чижевский грохнул по столу кулаком с такой силой, что крысообразный человечек подскочил на стуле от неожиданности, а затем в страхе съежился.
— Я тебе не милиция! — орал полковник. — Ты у меня быстро заговоришь! Последний раз спрашиваю, знаешь его или нет?
— Знаю, — исподлобья со страхом глядя на полковника, прохрипел маленький человечек. — Алкаш, Колей звали… Жил тут неподалеку… Мы продали его чеченам, которые под Москвой строительную фирму держат.
Черт, сразу грохнуть его надо было, — вдруг вырвалось у посредника.
— Всех вас жадность губит, — ухмыльнулся полковник. — Чечены обещали его грохнуть, правильно?… Паспорт его вместе с квартирой ты кому продал — вот этому?
На стол перед посредником легла фотография Николая Радченко.
— Ему, — вглядевшись в фотографию, пробормотал посредник. — Ох, чуяло мое сердце, что он отморозок, что не надо с ним связываться. Это ведь из-за него вы на меня вышли?
— Ты ему и второй паспорт потом сделал, — не обращая внимания на вопрос, сухо спросил полковник.
— На чью фамилию? Серия, номер, где прописан?
Глазки посредника ненавидяще сверкнули из-под клочковатых бровей.
— Ну? — холодно процедил полковник. — Не люблю повторять.
Посредник назвал все требуемые данные, полковник записал их на бумажку и задумчиво произнес:
— Ларионов Николай Евгеньевич… Прямо рок какой-то — все время Коляну одни Коляны попадаются. Вы этого Ларионова тоже продали?
— Нет, — помявшись, выдавил из себя сгорбленный человечек.
— Его с самого начала в живых не было…
Тем временем и по линии ФСБ шло расследование теракта, в результате которого погибла семья Варяга, и верные люди Чижевского постоянно держали его в курсе того, как идет расследование. Эксперты с Лубянки быстро определили тип «Аммонита промышленного» и составили список предприятий, на которых такая взрывчатка производилась. Как и предполагал Чижевский, один из таких заводов располагался неподалеку от Таежного — в Краснокаменске.
Отставного полковника не удивило и то, что, как оказалось, незадолго до покушения со склада завода была совершена кража большого количества аммонита.
Получив эти данные, Чижевский немедленно связался с регистрационной палатой московской мэрии, и там ему сообщили юридический адрес фирмы с мрачноватым названием «Стикс», недавно переоформленной на гражданина Николая Ларионова.
