— Да никак, обыкновенно, — пожал плечами гонец. — На таком расстоянии приметы не разглядишь.
Заблаговременно придя на место передачи товара, братва рассредоточилась вокруг, однако Рекс пришел к выводу, что полноценное наблюдение можно вести только с крыши или чердака старого восьмиэтажного дома, расположенного довольно далеко от пустыря. Боясь опоздать, бойцы бросились к нужному дому, с помощью фомки, поскольку церемониться было некогда, проникли на чердак и установили в слуховом окне американский телескоп с 40-кратным увеличением.
В этот телескоп была видна даже мельчайшая деталь одежды невзрачного человека, в условленное время появившегося на пустыре. В руке человек держал пакет с таким рисунком, как было оговорено по телефону. Один из бойцов вызвал Рекса по рации, а второй, прильнув к окуляру телескопа, рассказывал о происходящем на пустыре, словно телевизионный диктор.
— Оставил пакет, — повторял вслед за ним боец с рацией. — Осматривается… Как выглядит? Рыжий, куртка черная кожаная, под ней свитер коричневый с высоким воротом, брюки коричневые, туфли черные… Осмотрелся, закуривает… Рекс, внимание! Идет в вашу сторону!
— А куда ж ему еще идти, — прохрипела рация голосом Рекса и отключилась.
Рыжий курьер заметил на другой стороне пустыря знакомую фигуру, приметы которой ему сообщил по телефону таинственный диспетчер, и успокоился, решив, что все опять пройдет спокойно. Отойдя метров двести, курьер обернулся, убедился, что его незнакомый подельник взял пакет, и уже совершенно спокойно, не оборачиваясь зашагал по тропинке между заборами и какими-то непонятного назначения мрачными постройками к выходу в переулок.
Когда впереди уже показался проход между двумя старыми особнячками, выводивший в переулок, из-за угла навстречу курьеру вышли два оживленно беседовавших субъекта. Такие парочки, направлявшиеся к зарослям, чтобы распить бутылку, были здесь не редкостью, и потому курьер спокойно шел навстречу выпивохам, размышляя о том приятном моменте, когда он получит деньги за свои услуги.
Особенно радовало и даже забавляло его то, что так высоко оплачивалась деятельность, не требовавшая, в сущности, никакого риска. На губах курьера играла самодовольная улыбка в тот момент, когда он поравнялся с встречной парочкой. В следующую секунду страшный удар свалил его с ног. Курьер не успел опомниться, как его подняли с земли и поволокли туда, откуда он шел, — обратно на пустырь.
