Я заставлял людей истекать кровью. Я смеялся, когда они истекали кровью. Черт, мне было приятно видеть, как они умоляли о спасении своей жизни, истекая кровью.
Нет, я не боялся крови. У меня не из-за этого скручивало живот и слабели колени.
Именно в этот момент, от этого чувства дежа вю меня затошнило. Я увидел это, когда мне было семь лет, когда моя мама сделала последний вздох.
И теперь я снова это видел.
Я бросился к Мэдди и опустился рядом с ней на колени, прежде чем заключить ее в свои объятия. «Мэдди?» я задыхался.
Следующие ее слова были полны боли, но я их услышал. Ясно как день. Они принесли мне боль в груди другого типа. Боль, а затем гнев. Так много гнева.
«Артур…» - выдохнула она от боли. «Он ... это ... предатель ... шпион ...»
Мэдди вздрогнула, ее тело содрогнулось. Она смотрела на меня испуганными глазами, умоляя. Мне не нужно было видеть свое лицо, чтобы знать, что выражение мое искажено яростью. Я чувствовал, как она вибрирует сквозь мои кости.
Мэдди продолжала говорить, даже несмотря на затрудненное дыхание.
«Он… знает», - она прервалась, и ее лицо исказилось, на лбу выступил пот. Кровь текла в уголках ее губ.
Слезы катились по ее щекам, когда она пыталась заговорить. «Он… знает… где… Айла… находится…»
Айла. При звуке ее имени мое сердце забилось сильнее. Мои руки сжались вокруг Мэдди.
Онемение прошло. Мой разум снова очистился. Вместо холода, пронизывающего мое тело, я чувствовал только жгучий гнев.
«Взять его!» - проревел я. Я видел, как Виктор выбегает из комнаты.
Николай выпрыгнул из окна.
Мне стало жарко, моя кожа зудела от желания убить. Заставить его истекать кровью."
"Артур, один из моих самых доверенных людей. Как я этого не увидел? Я доверял ему, но он предал меня. Как долго?
Он умирал, замерзший, бездомный, голодный. Но я поднял его, дал ему дом. Семью. Даже когда его отец был предателем, я верил в него.
Глупый. Такой чертовски глупый. Я не доверял людям легко, но доверять Артуру было ошибкой. Большой гребаной ошибкой.
Покачав головой, я посмотрел на Мэдди. Ей пришлось заплатить цену. Айле пришлось расплачиваться за мою глупость.
Мэдди плакала в моих руках, все ее тело дрожало от того, насколько тяжелыми были ее рыдания. Она положила руку на живот, прямо там, где прошла пуля.
Закрыв глаза, прошептала она. Ее голос был низким, а слова такими тихими. «Мой малыш…»
Что-?
Я смотрел на нее в полном ужасе.
Я неправильно ее расслышал. Мой разум играл со мной злую шутку.
