Жена Альфредо?
«Что?» - рявкнул я, двигаясь вперед.
Исаак поднял глаза, и я был потрясен, увидев его красные глаза. Нет, он не плакал. Но агония на его лице говорила больше, чем слезы.
«Ты знал Лейлу?» - спросил я, когда наши взгляды встретились. Он вздрогнул и уставился на Льва, который все еще не повернулся к нам лицом.
«Да. Я знал Лейлу. Я больше, чем просто знал ее, - пробормотал он.
Склонив голову набок, я смотрел и ждал. Я мог бы угадать ответ, но мне нужно было услышать его от него. Правду.
Мои мысли бурлили, пока я ждал объяснений Исаака.
«Чтобы понять, тебе нужно знать начало».
Мои глаза расширились, когда я услышал гортанный голос Льва. «Скажи ему», - приказал он, не оборачиваясь.
Исаак встал и зашагал по комнате. «После смерти твоей матери нашей единственной целью было уничтожить Абандонато. Меня послали найти слабость Альфредо».
Он сделал паузу, глубоко вздохнув, как будто ему было больно продолжать. «Мы думали, что Лейла была его слабостью, поэтому в течение нескольких месяцев я следил за ней.
Издалека. Я следил за каждым ее движением и ждал. После нескольких недель слежки я начал замечать признаки жестокого обращения. Иногда у нее кровоточила губа. Ее щеки были красными или пурпурными. Однажды она прихрамывала.
Почему это звучало так знакомо?
Айла. Ее имя было шепотом в моей голове, и я сжал челюсть, стиснув зубы.
«Каждый день в одно и то же время Лейла ходила в кофейню. Я смотрел, как она переходила улицу. Я смотрел, пока не мог больше оставаться в стороне.
Ей было так грустно. Она была так сломлена, - продолжил Исаак. Он перестал ходить. Его глаза теперь были прикованы к стене. Он потерялся в своих воспоминаниях.
«Но она никогда не была одна. На руках у нее всегда был ребенок. Я видел ее улыбку только тогда, когда она играла с маленьким свертком. Я подошел к ним, отчаянно пытаясь узнать сломленную женщину перед собой».
Я знал, к чему все идет, но Исаака не останавливал. Итак, он продолжал говорить. И при этом его слова ранили мое и без того хрупкое сердце.
«Ребенка звали Айла. Айла Абандонато. Она была самым милым малышом. Когда я встретил ее, ей было всего три месяца». Голос Исаака слегка прервался над именем Айлы.
Мои глаза закрылись, когда я рухнул на диван.
«Мы с Лейлой узнавали друг друга, но она не знала, кто я. Не мое настоящее имя. Мы ... у нас завязался роман. Это было запрещено, и мы оба это знали. Но это нас не остановило. Это длилось несколько месяцев. Я смотрел, как растет Айла.
