Создалось впечатление, что некоторые военаначальники либо совсем глупы, либо они участвовали в заговоре.
— Кто именно? Поимённо!
— Майор Николай Фон Зальм, командир Преображенского полка. Полуполковник Иван Иванович Англер, командир Семёновского полка. Полковник Де Граге, командир артиллерии. Полковник Юрий Степанович Лим, командир Лефортовского полка. Все они после получения команды о выступлении в поход против стрельцов, нашли массу причин, чтобы задержать выход войск. В итоге наши войска состояли только из Вашего Камышинского полка и Бутырского.
Да и то, как сейчас выяснилось, после смерти Патрика Леопольда Гордона, командиром полка, по велению Вашей матушки и совету князя Сергея был назначен Георгий Петрович Чернышёв. Он встретился с явным сопротивлением своих офицеров, при попытке выполнить приказ. Сейчас эти офицеры находятся под следствием, ведётся дознание.
Пётр I повернулся ко мне. Потягиваясь на носках сапог, от чего он казался ещё выше, зловеще спросил:
— Ну, что Вы на это скажете уважаемый князь?
При этих словах его лицо снова начала подёргиваться.
Надо было притушить пожар, пока он не превратился в огненный смерч:
— А что тут скажешь? Обычная борьба разведок разных стран. Польша, Англия, Швеция, Франция, да и остальные государства, стараются не только получать информацию, но и иметь рычаги давления на Вас. Это всегда было и будет. Единственное, что неприятно, так это то, что здесь, в России, это приняло гигантские размеры. В кого не ткни пальцем, в придворном окружении, так попадешь на английского или французского шпиона.
Их столько, что они вытеснили с царского двора, почти всех верных Вам и Отечеству. Пришла пора чистить Авдеевы конюшни. Насколько я понял, то уважаемый Иван Михайлович с Алексеем Семёновичем и князем Сергеем разворошили этот гадюшник. О чем доложили Вашей матушке, Наталье Кирилловне и патриарху Адриану. Матушка дала разрешение на аресты смутьянов и шпионов, а патриарх это благословил. Правильно я изложил Иван Михайлович?
— Истинно, так и было.
Только Наталья Кирилловна, высказалась жестче. Приказала выжечь каленым железом всю скверну. Мы просто не стали спешить. Решили подождать возвращения Петра Алексеевича, чтобы он сам решил, что делать с изменниками.
Я поспешил втиснуться в разговор, не давая царю сказать слово:
— Живой шпион, может принести больше пользы, чем мёртвый.
— Врагу место на дыбе и на виселице.
— Ваше Величество. Убьете их, пришлют новых. Только мы уже не будем знать, кто враг, а кто нет.
