— Поняв, что «Зеленая пурга» — это книга, мы нашли ее в Интернете, просмотрели, решили проверить, читала ли Олеся роман. Для начала обыскали ее комнату. Там обнаружили томик, на первой странице которого стоял штамп «Из собрания Лидии Эдалис». Узнать, что так звали учительницу английского языка в гимназии, где училась наша «героиня», было делом пяти минут. Олеся только-только получила аттестат, она пошла в школу в восемь лет. Почему так поздно? Не знаем, родители умерли, спросить не у кого. Рина права, мы не можем доказать, что Леся осознанно действовала как Амарата, это всего лишь наша догадка.
Как и то, что я скажу дальше. Леся, наверное, несколько раз перечитала книгу, уж очень в ней замусолены страницы, и поняла: роман написан про нее. И родители скупердяи, и в школе из-за внешнего вида и отсутствия карманных денег над ней насмехаются, и брат-наркоман — все у школьницы Столовой, как у Амараты. Девочка с фамилией Карата обрела счастье? Значит, и у Леси получится. Дело за малым — надо избавиться от жадных отца и матери.
— Мы с Лесей на эту тему не беседовали, — остановил меня муж, — поэтому, что она на самом деле думала, не знаем. Но произошедшее в семье Столовых позволяет предположить — юная преступница взяла за образец детектив.
— Когда родители собрались консервировать дачу на зиму, — подхватила я, — добрая доченька налила им в термос с чаем лошадиную дозу снотворного. Это мы знаем точно. Откуда? Объясню позднее. Взрослые покатили на машине, Олеся на электричке за ними.
В поселке уже почти не было жителей, девочка спряталась в сарае соседей. Подождав, когда в фазенде Столовых погаснет свет, она осторожно вошла на кухню, расковыряла шланг от газовой плиты и поспешила на шоссе, где поймала попутку. Никто не заметил отсутствия Олеси. Никто, кроме Ильи, которому спешно понадобился Владимир. Адвокат ему звонил весь вечер на мобильный, а потом в районе двадцати трех часов приехал на городскую квартиру друзей и понял: дома никого нет.
Иван положил мне на тарелку салат и продолжил вместо меня:"
"— Полиция решила поговорить с Лесей, и Каравайкин, естественно, присутствовал при беседе.
Девочка рыдала, рассказывала, что сидела дома, никуда не выходила, делала уроки. Она так достоверно изобразила горе, что ни у кого не возникло сомнений в ее искренности. Да и ее имидж скромной отличницы сработал убийце на руку — полицейские поверили словам Леси. Они и не думали, что Столовых кто-то убил, спрашивали про скупость старших.
