Кабачки в восторге! Альберт Кузьмич в экстазе! А Надежда, когда Васеньку увидела, уронила сервиз.
— Тарелки бьются к счастью, — ответила я, вспомнив, что Ирина Леонидовна вызвала к нам домой некоего Фолкина, вроде как колдуна, который может приструнить нечисть, пожирающую еду на кухне.
— Нет, она весь сервиз грохнула, — весело закричала Рина. — Несла на подносе к серванту тарелки, супницу, блюда, а тут как раз Вася из-под шкафа высунулся. И — опля! Бабах! Осколки ковром. Ничего, плевать на посуду. А Вася милый.
Да ты же с ним знакома.
— Правда? — осторожно спросила я. — Что-то не припоминаю встречи с домовым.
— Фото посмотрела?"
"— Еще нет, — ответила я. — Сейчас-сейчас, открываю ватсапп. Ой, мама!!!
Из горла вырвался крик, а телефон чудом не выпал из моих рук. Вот только не надо осуждать меня за такую реакцию. А вы бы как поступили, увидев на экране гигантскую круглую мышь с торчащими вверх здоровенными квадратными ушами?
Через пару секунд, когда первый шок прошел, я по достоинству оценила композицию, представшую на экране.
Кадр запечатлел столовую. На полу около буфета лежали руины сервиза. Справа от них замер Роки — большие глаза французского бульдога стали огромными, пасть приоткрылась. Его брат Мози присел, и было хорошо видно, что под задними лапами этого «кабачка» поблескивает лужица. Кот Альберт Кузьмич стоял на кресле, выгнувшись дугой и вздыбив всю шерсть. Рина прислонилась к стене, и вид у нее был такой, словно она узрела привидение отца Гамлета. Я проследила, куда глядит Ирина Леонидовна, и опять испытала шок.
Таких грызунов не существует! Покажи мне кто-нибудь этот снимок, я бы рассмеялась: «Забавная фотожаба, но мало кто поверит, что такое животное обитает на белом свете». Но вот же оно, инопланетное чудище! Зверушка из фантастических фильмов, плод фантазии безумного сценариста и излишне креативного режиссера! А что самое интересное — я вынуждена признать, что на самом деле знакома с Васей. Ведь именно с ним я сидела в мойке, которую мастер Жора соорудил на лестнице.
Правда, в тот момент жуть ушастая вела себя тихо, поскольку была сильно испугана и искала у меня защиты, тихо плакала, не кусалась, просто дрожала. Похоже, животинка только с виду страшная, нрав у нее добрый.
— Прелестный домовенок! — продолжала восхищаться Рина. — Добрый, ласковый, нежный. Правда, кабачки писаются, когда он заговаривает…
Я подпрыгнула.
— Лохматая зверушка еще беседы ведет?
— Ну да! — подтвердила Ирина Леонидовна.
