— Как память о детстве, — ответил муж. — И он мне удачу приносит.
— Смешно считать, что галька с отверстием или еще какая-нибудь подобная ерунда может помогать человеку, — фыркнула я. — И тем не менее у многих людей есть амулеты. Тебе греет душу камушек, а Рина мечтает подружиться с домовым. Если ей от визита Фолкина, доктора несуществующих биоэнергетических наук, станет лучше, в чем проблема? Шаман побегает по квартире, постучит в бубен, пройдет по углам с зажженной свечкой, окропит все компотом из слив, и до свидания.
Нам с тобой при ритуале присутствовать не надо, Ирина Леонидовна сама справится. В помещение с пультом управления бригадами она чужого не впустит, дверь закрыта на кодовый замок. В целях безопасности можешь вызвать группу наших парней, подразделение «А», пусть тут подежурят.
— Но как мама может верить в такую чушь? — не успокаивался Иван.
Я села в кресло.
— Есть важные дела, а есть пустяковые. В первом случае, на мой взгляд, нужно насмерть биться за свое мнение. А во втором не стоит ломать копья.
Предположим, Рина заболела и вместо того, чтобы пойти к хорошему врачу, решила отправиться к знахарю, собралась пить керосин с содой. Вот тут надо ее хватать, затыкать ей рот полотенцем и тащить в больницу. А в случае с биоэнергетиком… Ну и пусть он здесь свою кукарачу пляшет. Если Ирине Леонидовне спокойнее станет, я только «за».
— Ладно, — сдался Иван. — Но по логике…
Я засмеялась и вынула из кармана телефон.
— Милый! У женщин своя логика. Даже самому умному мужчине ее не понять.
На вот, посмотри, Димон мне утром переслал свою переписку с женой.
— «Зайка, в какой день календаря наступает весна?» — прочитал вслух Иван. — Это вопрос Лапули. «Календарная первого марта, метеорологическая, как правило, позднее, двадцать седьмого-восьмого. В зависимости от погоды». А это вполне разумный ответ Димона.
— Дальше читай, — хихикнула я, — переписка завершается сообщением жены.
— «Не хочу с тобой больше беседовать! Ты злой дундук!» — продекламировал Иван. — Кто такой дундук?
— Тебя только это заинтересовало? — развеселилась я.
— Димон впал в недоумение, спрашивал у меня: «Что я не так написал? Почему Лапуля обиделась?»
— И правда, почему? — пробормотал муж. — Нормальный ответ на заданный вопрос.
— Нет, — вздохнула я, — нормальный ответ на заданный вопрос в этом случае вообще не нужен. Димону не стоило умничать. Метеорологическая весна, календарная… Ему нужно было написать: «Любимая Лапуля, для меня всегда весна, когда ты рядом!» И все.
