– А вы все и правда не осознаете, насколько тяжело пережить чью-то смерть, да?
– А ты осознаешь?
Софи кивнула.
– Когда мне было восемь, умерла моя бабушка, и мама рыдала несколько недель.
Ей пришлось слушать все мысли убитой горем матери, и она никак не могла прогнать ее печаль – или вернуть бабулю. Она никогда больше не ощущала себя настолько беспомощной.
– Странно, – вот и все, что сказала Марелла. – Так вот, Декс ничего такой. Знаю пару ребят, которые считают, что он окажется в Эксиллиуме, но сомневаюсь в этом.
При упоминании Эксиллиума Софи похолодела.
– А что это?
– Школа, куда посылают безнадежных детей. По сути, гарантия того, что вырастешь и пойдешь разгребать навоз мамонта в Убежище – и это если повезет.
Софи не сдержала дрожи. Надо будет стараться на занятиях. Она ни за что не собирается попадать в такое ужасное место – поэтому придется выкладываться по полной.
После обеда она пошла на Вселенную, и оказалось, что боялась она не зря. Все звезды. Все планеты. Вообще все существующие астрономические объекты – придется выучить.
Но сэр Астин – блондин с мягким негромким голосом – сказал, что у нее талант. Видимо, у него никогда не было одаренного с такой фотографической памятью, чтобы запоминать сложные звездные карты, которые он показывал на стенах планетария. Софи понятия не имела, почему ей так легко это дается, но она не жаловалась. Хоть в чем-то она преуспела. Софи надеялась, что сэр Астин расскажет об этом Бронте.
В конце каждого учебного дня проходило часовое самостоятельное занятие в общем зале на первом этаже пирамиды, куда приходили все одаренные.
Декс подозвал ее к себе, указав на свободное место.
– Ты выжила, – заметил он, когда она плюхнулась рядом с ним.
– Пока да, – улыбнулась она и достала домашнее задание по Вселенной.
– Вот ты где, – произнес Фитц, подходя к их столу. Почему-то зеленая форма четвертого курса смотрелась на нем лучше, чем на остальных – даже короткий плащ выглядел неплохо, особенно с зеленой застежкой в виде дракона. – Почему не села с нами в обед?
Софи решила не рассказывать о полном ненависти взгляде Бианы.
– Дженси пригласил меня сесть с ним, и я не хотела его обижать.
– А. Ну, может, завтра. Кстати, да, – он протянул ей сложенную бумажку. – Отец просил тебе передать.
На бумажке красивым почерком были начертаны два коротких предложения:
«Пожары Сан-Диего потушены. Волноваться не о чем».
Софи улыбнулась. Ее семья там больше не жила, но все равно было приятно слышать, что с пожарами справились.
