"
"– Все в порядке, – сказал он, протягивая руки и подступая ближе, будто она была диким животным, которое он пытался успокоить. – Не надо бояться. Я тоже.
Софи застыла.
– Меня зовут Фитц, – добавил он, вновь делая шаг вперед.
Фитц? Что это вообще за имя?
Она изучала его лицо в поисках какого-нибудь знака, что все это – просто шутка.
– Я не шучу, – сказал Фитц, словно в точности знал, о чем она думала.
А может, и знал.
Ноги у Софи задрожали.
Последние семь лет она мечтала встретить кого-то, как она, – с такими же способностями.
И вот она его встретила, и мир словно накренился.
Он схватил ее за руку, поддерживая:
– Все в порядке, Софи. Я пришел тебе помочь. Мы двенадцать лет искали тебя.
Двенадцать лет?! И что значит «мы»?!
И вопрос более насущный: что ему от нее надо?
Стены сжимались; голова закружилась.
Воздух.
Ей нужно на воздух.
Отдернув руку, она на дрожащих ногах кинулась к дверям и, выбежав на ступеньки перед музеем, глубоко вдохнула. Дымка от пожаров жгла легкие, в лицо летели крупинки белого пепла, но она не обращала на это внимания.
Она хотела оказаться как можно дальше от странного мальчика.
– Софи, вернись! – крикнул Фитц ей в спину.
Она ускорилась, перебежала дворик внизу лестницы, промчавшись мимо фонтана, и по газону выскочила на тротуар. Было безлюдно – из-за дыма все предпочитали оставаться внутри зданий. Но она все равно слышала нагоняющие ее шаги.
– Постой! – крикнул Фитц. – Не бойся!
Софи не слушала: она бежала со всех ног, борясь с желанием обернуться и посмотреть, далеко ли он.
Она была уже на середине пешеходного перехода, когда визг тормозов напомнил, что она не посмотрела по сторонам.
Повернув голову, Софи встретилась взглядом с перепуганным водителем, пытающимся остановить мчащуюся прямо на нее машину, и поняла, что сейчас умрет.
Глава 2
Следующее мгновение пронеслось смазанным пятном.
Машина свернула вправо, разминувшись с девочкой на считаные сантиметры, выскочила на тротуар и задела столб. Тяжелый металлический фонарь треснул у основания и начал стремительно падать на Софи.
«Нет!» – было ее единственной мыслью, и тут инстинкты взяли верх.
Она вскинула руку, нащупывая силу где-то глубоко внутри себя и выплескивая ее через кончики пальцев; ощутила, как та сталкивается с падающим фонарем, хватает его будто продолжение руки.
Когда пыль улеглась, она подняла голову и судорожно вздохнула.
Фонарь, крашенный ярко-синей краской, нависал над ней, каким-то образом удерживаемый силой мысли.
