– Он улыбнулся Бронте, а тот кинул в ответ недовольный взгляд. – Бронте один из тех, кого мы зовем Древними, и поэтому у него такие вытянутые уши. Прошу, угощайтесь, – добавил он, указывая на стоящие перед всеми тарелки.
Софи подняла со своей крышку – и едва не скривилась. Черные полоски и какая-то лиловая кашица не вызывали особого аппетита. Пересилив себя, она попробовала немножко и с изумлением обнаружила, что лиловая жижа на вкус похожа на сочный чизбургер.
– Что это такое?
– Пюре из корней карниссы. Черные полоски – листья умбры, – пояснил Алден.
Софи откусила от одного из листьев.
– Напоминает курицу.
– Ты ешь животных?! – спросил Фитц таким тоном, будто она поедала токсичные отходы.
Софи кивнула, ежась от гримасы отвращения на лице Фитца.
– Я так понимаю, эльфы вегетарианцы?
Все закивали.
Она снова принялась за еду, чтобы скрыть ужас. Не то чтобы она сильно любила мясо, но даже представить не могла, как можно жить на одних овощах. Хотя если они на вкус как чизбургер, то все не так плохо.
"
"– Итак, Софи, – Бронте выплюнул ее имя так, будто его было неприятно произносить. – Алден сказал мне, что ты телепатка.
Она проглотила еду, и та камнем провалилась в желудок. Было странно вот так открыто обсуждать свою тайну.
– Да. Она читает мысли с пяти лет. Я прав, Софи? – спросил Алден, когда она не ответила.
Она кивнула.
Кенрик с Орели раскрыли рты.
– В жизни не слышал ничего глупее, – заявил Бронте.
– Необычнее, – поправил Алден.
Бронте закатил глаза и обернулся к Софи.
– Тогда давай посмотрим, насколько ты это умеешь. Скажи, о чем я думаю.
У Софи пересохло во рту, потому что все замолчали в ожидании ее ответа.
Она взглянула на Фитца, вспоминая, что он говорил про правила телепатии.
– Он тебе разрешил, – заметил тот.
Софи кивнула и глубоко вдохнула, успокаиваясь.
Видимо, испытание началось.
Глава 8
Софи должна была справиться. Она хотела получить то образование, о котором говорил Фитц. Она хотела узнать, как на самом деле устроен мир. Поэтому она закрыла глаза и попыталась расслабиться и сосредоточиться.
Как и вчера, она потянулась своим сознанием к разуму Бронте. Он был не таким, как у Фитца, – будто бы глубже, и ментальную тень приходилось вытягивать гораздо дольше. А затем она наконец ощутила его мысли, и они напоминали скорее ледяные порывы ветра, чем легкое дуновение.
– Вы думаете, что здесь вы один можете здраво мыслить, – произнесла она. – А еще вы устали от того, как Кенрик пялится на Орели.
