– Она отвернулась и ушла, не произнеся больше ни слова.
К ужину Эдалин не спустилась. Софи пыталась выяснить подробности у Грейди – пыталась извиниться, – но он просто сказал ей не волноваться и смотрел в окно.
Тишину нарушил громкий стук в дверь.
Софи открыла, и в дом ворвался тяжело дышащий Алден. За ним шлейфом тянулся запах дыма и пламени.
Грейди подскочил.
– Что случилось?
– Есть кое-какие подвижки, – Алден взглянул на Софи, а потом повернулся к Грейди. – Мне нужна твоя помощь.
Они смотрели друг на друга минимум минуту, а потом Грейди отступил, почти отскочил, будто его ударили.
Через мгновение Софи поняла, что Алден передавал ему сообщение.
Грейди оперся о стол, судорожно дыша, и провел рукой по волосам.
– Я… не могу, – прошептал он.
– Ты знаешь, я не стал бы просить без необходимости.
Грейди покачал головой:
– Прости. Попроси кого-нибудь еще.
– Я доверяю только тебе.
Софи затаила дыхание, глядя на Грейди. На лице Алдена читалось отчаяние, и если он так волновался, то дело и правда было крайне серьезным.
Грейди опустился на стул, сразу постарев лет на тридцать. Закрыл лицо руками:
– Прости. Я не могу.
Алден прикрыл глаза. Читал мысли Грейди? Снова молил о чем-то? Впервые после истории со списыванием Софи так сильно хотела нарушить этические нормы телепатов и выяснить, что происходит. Но если Алден ее поймает за этим, Бронте тут же воспользуется поводом и изгонит ее.
А поймает ли?
Скорее всего, она смогла бы подслушать мысли, ничем не выдав себя, – но что бы она делала с этими сведениями? Если она что-то скажет или сделает – Алден точно узнает.
Рисковать не стоило.
Алден тяжело выдохнул:
– Тогда придется искать другой способ. Прошу меня извинить, – он кивнул Софи и повернулся к выходу.
– Постойте, – лишь через секунду она осознала, что говорит она сама. Откашлявшись, она посмотрела на обернувшегося Алдена. – Что происходит?
Алден хотел было ответить, но его перебил Грейди:
– Иди спать, Софи!
– Но…
– Сейчас же!
Она никогда не видела Грейди в такой злобе.
Даже Алден отступил. Софи заморгала – глаза горели от обиды и унижения – и кинулась в свою комнату."
"Когда Софи спустилась завтракать, Грейди и Эдалин не оказалось дома. На столе лежала записка: «Мы ушли».
Никакого «Доброе утро». Никакого «С любовью, Грейди и Эдалин». Софи была бы рада не расстраиваться – но не получалось.
Когда она вернулась из школы, их все еще не было.
