Они занимались любовью, и Аллочка чувствовала себя победительницей. Она добилась своего. Она всегда своего добивалась.
Полина раздраженно посмотрела на часы и еще раз нажала на кнопку звонка. Это просто невыносимо! Уже месяц она вынуждена мириться с выходками Полянского.
После того ночного разговора Сергей изменился. Они оба делали вид, что ничего не случилось, но ему это удавалось намного хуже, чем ей. Наверное, за его показной грубостью скрывалась обида. Наверняка он не был таким плохим, каким хотел казаться, но общаться с ним становилось все тяжелее.
Его перестал интересовать французский. На уроках он с отсутствующим видом смотрел в окно, частные же занятия просто игнорировал. Полина попыталась поговорить с Полянским-старшим, в который уже раз отказаться от работы, но тот был категоричен: «Полина Мстиславовна, ваши услуги меня целиком и полностью устраивают». Она хотела было сказать, что ее услуги больше не устраивают его сына, но в последний момент передумала, побоялась, что у Сергея будут проблемы. Нечастые встречи с Полянским-старшим убедили ее в одном: отец и сын находятся в состоянии вялотекущей конфронтации, и не стоит подливать масла в огонь их странной взаимной неприязни.
Но и брать деньги за работу, которую она не может выполнять качественно, тоже неправильно. Вот, например, сейчас Полине просто не открыли дверь. Она ехала через весь город, чтобы обнаружить, что ее ученика в назначенное время нет дома.
Она уже собиралась уходить, когда дверь распахнулась. На лестничную клетку выпорхнула смеющаяся Аллочка Скворцова, вслед за ней вышел Полянский.
– Ой, здрасьте, – Аллочка окинула Полину изумленно-недоверчивым взглядом. Вне школьных стен у Полины не было нужды выглядеть и одеваться уродиной, да и очки она не носила.
– Здравствуйте, – она кивнула Аллочке, холодно улыбнулась Полянскому. Рубашка навыпуск, половина пуговиц расстегнута, волосы взъерошены... – А я уже думала, что никого нет дома.
– Мы занимались, – улыбка коронная – наглая, и взгляд наглый, вызывающий. Они занимались.
..
Аллочка хихикнула.
– Я могу войти? – На самом деле ей не хотелось входить, ей хотелось послать Полянского вместе с его занятиями к чертовой матери.
– Прошу! – Ухмылка исчезла. Он посторонился, пропуская ее в квартиру.
Снимая дубленку, Полина видела, как на лестничной клетке Полянский и Скворцова слились в страстном прощальном поцелуе. Где-то в желудке появился колючий холодок, Полина отвернулась, пообещала себе сегодня же поговорить с Сергеем Викторовичем.
