Ядвига ни за что не спустила бы такого. И она не спустит...
Ответный удар был не слишком элегантным, зато весьма эффективным. Может быть, работа учителя не так уж и страшна...
– А что с Генриеттой? – спросила Света.
– Ничего. – Полина раздраженно поправила очки, которые все время норовили сползти на кончик носа. – Сказала, что у меня изменчивая внешность."
"– Так кто бы спорил! Но знаешь, что я тебе скажу, по-моему, намного проще чучело превратить в красавицу, чем наоборот. А ты вон каких высот достигла!
– Очень спорное высказывание.
– Ну, так давай поспорим!
Полина улыбнулась.
– Извини, Света, я бы с удовольствием поспорила, но на сегодня с меня споров достаточно. У меня дела еще...
Полина вышла из автобуса, не доезжая до дома четыре остановки: решила зайти на почтамт, позвонить Ядвиге.
После короткого разговора с тетей она почувствовала себя намного увереннее, точно жизненная энергия Ядвиги могла передаваться по телефонным проводам. Дома все было по-прежнему. Мама с головой окунулась в светскую жизнь, отчим раз в три дня заезжал к Ядвиге, тщетно пытаясь выведать что-нибудь о Полине.
Вальдемар покинул Москву. Поговаривали, что он впутался в какую-то грязную историю и теперь вынужден скрываться.
Получалось, что теперь Полина могла спокойно возвращаться обратно: с исчезновением Вальдемара пропали и ее проблемы. Но это только на первый взгляд. Отчим не успокоится. Вполне вероятно, что он уже подыскивает ей новую партию. И потом, вернуться в Москву – значит расписаться в своей беспомощности и инфантильности, дать отчиму еще один козырь.
Нет уж, она останется. Докажет миру и себе в первую очередь, что способна на самостоятельные решения и взрослые поступки.
– Я вышлю тебе денег, Поля, – сказала трубка голосом Ядвиги.
– Не нужно, мне хватает.
В трубке послышался смех:
– Глупая девочка, что ты хочешь доказать? Что сможешь прожить без моей помощи? Уверена, что сможешь. Я просто стремлюсь немножко облегчить твою жизнь на первых порах.
А потом живи как хочешь. Договорились?
– Договорились, – спорить с Ядвигой было бесполезно. Да и зачем ей что-то доказывать? Ядвига и так все про нее знает.
– И вот еще что, я скоро улетаю в Париж. Хочу организовать выставку памяти Аристарха. Еще не знаю, когда точно, но на всякий случай предупреждаю – если не сможешь до меня дозвониться, не волнуйся. Все, детка, удачи тебе, – в трубке послышались короткие гудки.
Полина улыбнулась ностальгической улыбкой.
