Света вышла замуж за своего генералиссимуса, родила подряд двух маленьких генералиссимусиков и была абсолютно счастлива.
Петрович ушел на пенсию, переехал жить за город и превратился в заядлого дачника. Теперь к его фирменному салу прилагались фирменные огурчики собственного производства.
Сергей Викторович Полянский умер пять лет назад от рака. Говорят, он сгорел за несколько месяцев. Говорят, он не хотел лечиться. Говорят, он так и не успел проститься с единственным сыном. Сергей появился в городе только однажды – в день похорон отца.
Ядвига нисколько не изменилась. Она жила в своем загородном доме в компании повзрослевшего Джаспера, в окружении привычных вещей...
Полина пробыла в Москве недолго, всего несколько дней. Этого времени ей хватило, чтобы вдоволь наговориться с Ядвигой и встретиться с профессором Ильинским. Она улетела обратно во Францию со смешанным чувством грусти и удовлетворения. А ровно через месяц в судьбе субординатора Сергея Полянского произошло знаковое событие – человек с мировым именем, профессор Ильинский принял его в свою команду.
* * *– ...Вы действительно знакомы? – В голосе Игоря слышалось недоверие.
Сергей молча кивнул. Вот, значит, кого он оперировал. И ведь не дрогнуло ничего в душе, не шелохнулось. Так бы и не узнал ничего, если бы не Игорь.
– И кто же она, наша таинственная незнакомка?
– Ее зовут Полина Ясневская.
– Полина Ясневская? – В синих глазах зажегся и тут же погас огонек. – Это я, правда? – Она встала, подошла почти вплотную. От нее пахло больницей и страхом.
На какое-то мгновение, только на мгновение, ему стало жаль ее. – А вы? Кто вы? – Рука с тонкими змейками вен потянулась к шее. В вырезе халата блеснула цепочка. Крошечная золотая рыбка заметалась в крошечной золотой клетке...
– Я Сергей Полянский, – он оторвал взгляд от цепочки, всмотрелся в бледное до синевы лицо. – Когда-то давно ты преподавала мне французский язык. Помнишь?"
"– Нет, – она покачала головой и вдруг легонько коснулась его руки. – Вы расскажете мне про... меня? Пожалуйста! Это невыносимо – ничего не помнить.
Сергей невесело усмехнулся.
– Ты так считаешь? А мне вот иногда кажется, что беспамятство – это благо.
Голова болела. Последние недели голова болела, не переставая. Полина поморщилась. Стоящий напротив мужчина не будил в ней никаких воспоминаний. Высокий, широкоплечий, русоволосый, молодой. Улыбка неискренняя, а глаза злые. Почему? Может быть, она обидела его когда-то, в прошлой жизни? Он говорит, что был ее учеником.
