Эндрю даже не обрадовался тому, что все отлично помнит.
Наркотик действовал, боль постепенно отступала. Двигаться Эндрю мог. Хотя это вовсе не означало, что он впоследствии не загнется. Аптечку спецкостюма разрабатывали из такого расчета, что раненый астронавт должен выполнить свою задачу. Может, он и смертельно ранен, но какое-то время еще проживет. А там уж как-нибудь. Эндрю перевернулся к кораблю спиной, взял маневровый пистолет и нажал на спуск. «Хорошо, что леер не сгорел, – подумал он. – А то совершил бы я на Марс посадочку… И вдвойне хорошо, что десантная броня такая мощная.
Не пролезть в ней в наши дырки. И это просто за-ме-ча-тель-но!»
Из распахнутой двери шлюза на этот раз никто не торчал. Возможно, десантники сейчас искали оставшиеся от команды спецкостюмы, намереваясь завершить охоту в открытом космосе, но тут они не успевали явно. Эндрю был в отключке всего-то несколько минут, больше ему прохлаждаться не дала аптечка.
Несколькими импульсами он подогнал себя к «Декарду», прошел над огромными десантными ботами и вдруг завертелся волчком.
С трудом погасил вращение и отцепил леер, выбравший длину и рывком остановивший движение. Подлетел к штабному катеру, на котором сбрасывалось пехотное руководство. Просочился внутрь через аварийный шлюз. Запутался было в незнакомых лазах и коридорчиках, но вскоре добрался до рубки. Нырнул в кресло и, превозмогая навалившуюся усталость, дал команду на сброс. Катер спрыгнул с палубы «Декарда», повисел некоторое время в легкой задумчивости и, дождавшись команды, рванул вслед эскадре Баскина.
Если бы Эндрю не ходил на скауте под началом Эбрахама Файна, который любого члена экипажа на всякий случай учил «рулить»… Если бы управление судов москитного флота не было оптимизировано до крайности… Если бы эскадра задумала лихой обманный маневр с заходом на другую сторону планеты… По крайней мере десяток весьма специфических «если» мог в этот день оказаться против мастер-техника лейтенанта Вернера. Но он подтвердил свою репутацию везунчика.
На его сигнал бедствия пошел не задрипанный файтер, а целый флагманский мегадестроер (оттого на самом деле, что Баскин не любил соваться в пекло). Более того, Эндрю не умер. Он даже успел надиктовать в бортовой журнал катера подробный доклад о том, что произошло на «Декарде». И вышел из комы через каких-то три дня, живой, хотя и малость сумасшедший после всего пережитого.
Ему прямо в клинику Пурпурное Сердце привезли.