Он стоит так близко. Это обязательно? Я могу пересчитать все его ресницы и отмечаю небольшую родинку под правым глазом. Чёрную и идеально круглую.
— Сколько тебе лет, Анжел? — произносит это выдуманное имя почти как «ангел».
Я скорее падший ангел, а он — искусный обольститель сатана.
— Уже можно. Иначе меня бы тут не было.
— Паспорт? — Большим пальцем сминает в сторону мои губы, размазывая по лицу слишком яркую помаду.
— Конечно. Всегда ношу его с собой в такие места. Как и СНИЛС, и полис. Отгадайте, где я могу его спрятать?
Развожу руки в стороны.
Моё платье болтается на талии, трусики — три ленточки, грудь обнажена, лишь прикрыта волосами. Если бы и захотела, не смогла бы что-то пронести.
— Ты совсем не покорная малышка, да, Анжел?"
"Кладет руку мне на живот, и я возмущённо хватаю ртом воздух. Его пальцы оттягивают в сторону кружево платья и бесцеремонно ложатся на мой лобок. Словно там им самое место!
Опускаю дрожащие ресницы. Щёки начинают пылать.
Я только на словах смелая. Внутри боюсь всего происходящего до чёртиков.
Он же не сделает мне больно?
Никто и никогда так меня не трогал. Никто и никогда так на меня не смотрел.
— Не смотри вниз. Смотри на меня. Сейчас ты сходишь в ванную, дверь в углу комнаты. Приведёшь себя в порядок. И вернёшься. Затем мы продолжим. Сейчас самый подходящий момент уточнить детали или отказаться и уйти. Но я буду очень расстроен, если ты уедешь. Мне кажется, мы поладили, Ангел, — тихо говорит парень, продолжая трогать меня.
Мне приходится немного расставить ноги и схватиться за его плечи, чтобы не упасть.
Смысл его слов доходит до меня как через вату. Всё, что я сейчас вижу, — это чёрные омуты его глаз, всё, что я сейчас чувствую, — это его пальцы на самом уязвимом месте на моём теле. Они медленно скользят вверх-вниз, по кругу, задевая чувствительные точки.
— Я здесь ради денег. Нет денег — нет моего тела, — произношу, чеканя слова и с силой отталкиваю парня от себя.
Он от неожиданности делает шаг назад, в тёмных глазах плещутся искры ярости.
Здесь он хищник, а я добыча, которая вдруг решила играть не по правилам.
Но давайте будем честны: если бы мне не нужны были деньги, меня бы здесь сейчас вообще не было… Так что…
— Окей, — говорит парень и сжимает кулаки. — Нал? Сколько?
Озвучиваю сумму, на которую договаривалась с Ленкой.
— Если разрешишь сделать фото — удвою.
Округляю глаза, прижимая руки к груди. Эдик несколько раз повторил, что съёмка в клубе запрещена и никаких камер здесь нет.
