Мирон подаётся вперед, и мне кажется, что ещё немного и он поцелует меня.
Его лицо напротив моего в нескольких жалких сантиметрах. Сжимаю и разжимаю ладонь. Если он меня поцелует, я ему врежу. Отвечаю!
Мирон смотрит прямо мне в глаза и придвигается ещё ближе.
— Врёшь, — цедит он тихо, а потом неожиданно хрипло приказывает: — Оближи губы.
Не знаю зачем, но я слушаюсь. Высовываю кончик языка и как под гипнозом прохожусь им по нижней губе."
"— Хорошая девочка, — сипло хвалит Мирон и резко отстраняется.
Лишает меня своего запаха и энергетики.
Дезориентированно хлопаю ресницами, смотря в его прямую, обтянутую чёрной футболкой спину до тех пор, пока она не скрывается за дверью, ведущей в зал.
Только тогда я с шумом выдыхаю и опускаю руку к низу живота, который буквально пылает, наливаясь тяжестью. Между ног тянет и пульсирует, а моё белье насквозь промокло, доставляя мне жуткий дискомфорт. Приходится несколько раз напрячь бёдра.
— И что это сейчас было? — недоуменно спрашиваю в пустоту, откидываясь головой на стеллаж, и прикрываю глаза.
Я выхожу из подсобки, только когда Мир и его спутница уходят, оставив в нашей кассе неприлично большую сумму.
— Зачем ты его пустила? — налетаю на Таню.
— Он сказал, что твой знакомый и ты будешь рада его видеть. Не рада?
— Ни разу!
— А этому рада? — Танька, вытаскивает из кармана две свернутые в трубочку пятитысячные купюры.
— Это что?
— Это наши чай, кофе, духи и поход на эпиляцию, — хихикает.
— Оставь себе, ты с ними работала, а не я.
— Нет, его условием было, чтобы я отдала часть тебе. Что-то в этом парне есть такое, боюсь его ослушаться. Вдруг он узнает и придёт меня наказать? Хотя… может, стоит проверить? Привяжет меня к кровати и отходит стеком, как в том фильме!
— Прекрати, это не смешно, — говорю строго, а сама пытаюсь не рассмеяться.
Мирон и Мистер Грей? Да, что-то общее определённо есть.
Оставшийся рабочий день мы дорабатываем без происшествий.
Выхожу на улицу после смены и глубоко вдыхаю сладкий августовский воздух.
Последний месяц лета всегда был моим любимым. Теплый и ласковый, щедрый на урожай и звездопад, в который можно загадывать самые невероятные желания, и, возможно, они когда-нибудь сбудутся.
— Смотри, а это не твой? — пихает меня в бок Таня и указывает подбородком куда-то в сторону.
Прослеживаю за её взглядом и вижу Сашу. Он виновато улыбается и перекладывает из одной руки в другую увесистый букет из полумиллиона красных роз.
— Мой, — говорю обреченно.
