"
"
Если Соколов увидит… это будет крах. Прощай платиновая карта! А я ведь успела к ней уже привыкнуть!
Дёргаю головой в сторону, но в толпе незнакомых людей не могу разглядеть Сашу.
Эта его суперспособность исчезать опять в деле?
Мирон тащит моё тело в сторону высокого джипа, пряча нас за ним от полусотни любопытных глаз. Прижимает мою спину к холодному металлу задней двери машины, а сам, шумно дыша, наваливается сверху.
Расталкивает мои колени своими, и вот я уже, оседлав его бедро своей промежностью, запакованной в тонкие легинсы, затихаю.
Все инстинкты кричат об опасности. Так всегда происходит рядом с ним. Я превращаюсь в пугливую добычу, а он наслаждается превосходством охотника.
— Ты чего такая взъерошенная? Ты же вроде с яйцами, неужели тебя так легко напугать? — хмыкает Мир, он немного отклоняет голову и заглядывает в моё лицо.
Смотрит внимательным цепким взглядом, от которого у меня подкашиваются колени.
Веду плечами, стараясь вернуть себе контроль над телом. Но куда там! Меня опять зажали, совсем как вчера!
Это входит у Мирона уже в привычку.
Прижиматься ко мне так тесно, что просто для фантазии не остается. Его каменный член, упирающийся мне в живот отличное тому подтверждение.
Сглатываю.
— Пусти. Нас не должны видеть вместе.
— Кто? Боишься, что тебя Саня приревнует? Хочу тебя разочаровать, неАнгел… — насмешливо цокает языком Мирон и многозначительно заламывает бровь.
Даёт мне шанс закончить за него фразу, тем самым наконец всё прояснив.
— Он скорее приревнует тебя, ага, — парирую в ответ.
Слабо трепыхаюсь в его руках, пытаясь прогнать сладкую тяжесть, заструившуюся по венам. Ведь Мирон опять впрыснул в моём тело дурман имени себя, мастерски парализующий мой мозг.
— Долго же ты соображала, — усмехается, щекоча дыханием мое ухо.
— Мы заключили сделку с Сашей, — произношу тихо. — Прекрати, пожалуйста, меня мучать, Мирон. Отпусти.
— Как интересно…
Мирон трётся о мои губы своими, посылая в обморок миллионы нервных окончаний, заложенных в них.
Не напирает. Просто дразнит, как бы давая мне выбор. Которого сам и лишает.
— Ненавижу тебя, извращенец, — шиплю.
— Я иногда сам удивляюсь, как ещё не вырвал тебе язык…
Разум кричит держаться от этого парня как можно дальше и не просрать тот шанс, что преподносит мне судьба. А сердце… глупое влюблённое сердце нашёптывает, что один раз… всего один раз… можно поддаться искушению.
