– Нужен ей собачий корм, когда кругом полно доверчивых девиц с докторской колбасой. Ешь – не хочу». После этой мысли она попыталась настроить себя на позитив.
Итак, что она имеет в остатке? Кроме колбасы, естественно, которая все еще лежит в холодильнике.
Привлекательного, в меру озадаченного мужчину с прожорливой собакой, которая под страхом смерти клянчит еду у наивных прохожих. Если не брать собаку, он пообещал ее закрыть, то остается заинтересованный ею холостяк, природа и чудный летний вечер, медленно, но верно надвигающийся на дачный поселок.
Таким вечером приятно думать о возвышенном, перед этим стоит хорошенько поесть и говорить обо всем на свете. Правда, при чем здесь Петров? Настя его совершенно не помнит. У них много пар сочетается законным браком, невесты с женихами в этой круговерти все на одно довольное лицо. Одни думают, как им повезло – в доме появилась бесплатная домработница, другие радуются халявному золотому украшению.
Странно, что она его не запомнила. Не Петрова, а Гурина. В такого можно влюбиться сразу и навсегда.
Это как удар молнии, раз и все. И ничего поделать с этим «все» нельзя. Но сейчас же Настя не влюбилась! Почему, интересно? Неужели в ее сердце целиком и полностью поселился Владик? Такой непонятный и ненормальный, чужой, Римма от него не отказывалась, и немного близкий. Совсем немного, на уровне первого поцелуя. Значит, сердце полностью не занято. Но стоит ли искать свободное местечко для этого собачника? Гурин признается, что у него к ней двоякое отношение и двойственные ощущения.
Не хватает только тройственного союза: он, она и собака. Хорошенькая будет жизнь, Насте придется садиться на диету и забыть о существовании мясных блюд. Хотя какое в колбасе мясо! И без колбасы придется жить.
Любви с первого взгляда не получилось. Настя решила, что ссориться с соседом Селезнева она не станет, но и поддерживать дружеские отношения тоже ни к чему. Нужно приглядеться к американцу, возможно, это ее судьба сидит и слушает профессора…
Судьба сидела в кабинете в образе тощей очкастой дивы неопределенного возраста и многозначительно кивала головой на все утверждения Селезнева.
– Где американец? – сдавленным шепотом поинтересовалась Настя у выскочившей на кухню подруги.
– Вот, – хмуро произнесла та, – и я о том же. Он оказался бабой! Смит. Кто же знал, что под этой фамилией скрывается очкастая мымра? Ты только погляди, как она слушает профессора! С открытым ртом. Как полагается в лучших традициях дамского соблазнения.
