Он постарел, превратился в рухлядь? Артем затушил сигарету и подошел к гардеробу, открыл дверцу с зеркалом. Ничего подобного. Отражение являло крепкого, привлекательного мужчину средних лет, который легко мог бы разбить нежное женское сердце одним взглядом своих пронзительных карих глаз.
Мог бы. Но почему-то этого не происходит. На нем лежит печать безбрачия? Не хватает только того, чтобы женщины бегали от него как от чумы. Неужели Ольга его приворожила?! Занимаются же недалекие особы всякой потусторонней ерундой.
– Артем Николаевич, – зазвучал голосок секретарши генерального, – вас просят с докладом.
Это чистое невезение. Доклад он подготовить не успел. Уход Ольги выбил его из привычной колеи, вместо того чтобы прикидывать прибыль от новейших разработок, он считал свои душевные убытки.
Ничего, он умный, что-нибудь придумает по ходу дела.
Итак, рассуждала Настя, лежа на постели и разглядывая потолок. Отношения с голубоглазым блондином закончились полным фиаско. Вишневская ни за что не уступит парня.
С хищным взглядом умудренной опытом старой развратницы она выбьет из Анастасии последний дух. А как было бы здорово, они с блондином – такая хорошая пара! Он ждал бы Настю на заднем крыльце загса, водил бы ее по театрам, они бы вместе ходили по магазинам за покупками и… Настя закрыла глаза… Они бы занимались любовью.
Глупости, она не должна об этом думать. Владик целиком и полностью принадлежит Римме, с ней он таскается по театрам, смотрит дурацкие постановки сбрендивших режиссеров, бегает по магазинам, нагруженный пакетами и… Настя вздохнула.
И занимается с Вишневской любовью.
Это было нелегко представить. Настя не понимала, как можно было к той подходить на слишком близкое расстояние без боязни получить порцию яда в глаз или в бровь, а уж Вишневская не промахнется. Вот у Риммы в отличие от Насти столько самоуверенности, хоть проси взаймы. Что там еще требуется одинокой, неуверенной в себе девушке неполных двадцати восьми лет?
– Эта, как ее, – причавкивая, видимо, жуя калорийный бутерброд, по телефону ответила Маринка, – самовнушение! Вот.
Профессор говорит, что если внушить самой себе, что ты очень хороший и счастливый человек, то это сразу же отобразится на твоей внешности, и люди к тебе потянутся. По-моему, вчера я внушила Копейкину, что хорошая и счастливая. Тебе так не кажется?"
"– Кажется, – согласилась с ней Настя, – только напомни, пожалуйста, кто у нас профессор?
– Селезнев, – обиженно процедила подруга.
