Еще подумает, что Настя собиралась покончить счеты с жизнью и прыгнула в лужу. И понес же ее черт в эту лужу!
Она еще раз на всякий случай плюнула через левое плечо. Тишина.
Дома Настя разложила на полу остатки сумки, немного погоревала над ней, достала уцелевшее содержимое. Пострадала большая часть, но не все. Что ж, сейчас, когда не нужно больше копить на платье, она сможет купить себе новую сумку. Только не вырвиглазовскую, красную. Поскромнее, поизящнее. Она теперь старая дева и должна выглядеть менее броско.
Может, стоит купить круглые очки для того, чтобы обезобразить свою внешность полностью? Настя будет чаще смотреться в зеркало и, видя свое отражение, больше ни на что не надеяться.
Большая и светлая любовь! Ха! Римма сто раз права, она бывает только в сказках. И у Маринки Соловьевой с профессором Селезневым. Пусть хоть они станут приятным исключением в этом безумном мире разочарований и потерь.
И еще нужно завести собаку! Такую, как у Гурина, большую и вечно голодную. Для того чтобы мысли о ее кормежке занимали все свободное время.
Чтобы больше ни о чем другом Настя думать не могла бы. Или ни о ком другом. Интересно все же, что сейчас делает Гурин.
Глава 12
Держите его, он от нее целых два раза убегал! За двойной побег увеличивают срок лишения свободы!
В загсе все носились как заведенные. Пятница никогда не была напряженным днем, но на этот раз замуж выходила дочка местного судьи. Обычно необычная публика предпочитает столичные загсы в выходные дни, но этой веснушчатой девице приспичило сочетаться законным браком именно в эту пятницу.
Ясновидящая разглядела в своем хрустальном шаре благополучную судьбу пары лишь при условии торжественной регистрации брака тринадцатого числа. Тринадцатое и было пятницей.
– Вишневская! Римма! – начальница носилась по кабинетам в поисках подчиненной. – Куда она делась?! Что делать?! Проводить церемонию самой?! Римма! Вишневская!
Наконец-то Римма была обнаружена на улице перед парадным входом, где целовалась с Голубцовым. Он сидел за рулем джипа, Римма стояла на подножке и трогательно прощалась с ним.
– Все, – она сказала Насте, когда зашла в загс, – Ираклий Андросович требует моего постоянного присутствия перед собой. Перед ним, то есть. Требует, чтобы я мелькала перед ним сутки напролет. Придется переходить на более ответственную работу. – Римма вздохнула и смахнула одинокую слезу.
– Ответственную? – удивилась Настя. – Он берет тебя своим заместителем?
– Куда выше! Он берет меня своей домохозяйкой.
