Тем временем он продолжал говорить:
- Это вряд ли понравится Евгению…
- Понравится? Арапов мертв! Что ты мне заливаешь сиропом уши, а? – я аж рассмеялся от злости и, подойдя к Федору, припечатал рукой к креслу подошел, и чуть слышно прорычал: - Как мне жить, где пить, кого ебать, и кого убивать - это только мое ЛИЧНОЕ дело! И тебя оно никаким боком не касается!
- Безмозглый идиот! – прошипел Кагор, откидывая мою руку. – Если бы не Евгений, то ты бы уже сам подох от рук Зарубецкого! Чтоб ты знал, он это сделал ради тебя, так как знал, что ныне покойный твоими молитвами и руками Михаил Витальевич, обязательно прикончит тебя, чтобы просто так насолить Арапову! Он сам, специально, подставился! Он взял удар на себя, чтобы сохранить твою жизнь! Он не стал ничего предпринимать, потому что боялся за тебя… Если бы он сорвал покушение на свою жизнь, то ты бы точно тут не сидел! Зарубецкий пока не знал, что вас с Евгением связывает, но если бы сорвалось убийство Арапова, то он бы точно озлобился и раздобыл правильную информацию и уже бы не опирался на те слухи, что распространила Лариса.
У него на руках были бы неопровержимые факты. Сначала бы ваша жизнь превратилась в ад, бизнес бы был разрушен, никто бы не захотел иметь дело с голубыми! А когда бы вы опустились на дно, Зарубецкий бы просто убрал тебя, чтобы забить последний гвоздь в крышку гроба Арапова. Евгений очень хорошо знал повадки конкурента и выбрал самый простой вариант.
- Сука! – взревел я. – Тварь! – обращаясь к потолку.
- Успокойся! – Федор встряхнул меня за плечи, чтобы привести в чувство.
– Ты ничего этого не должен был знать…. Так же, как и убивать Зарубецкого… это должны были сделать другие люди, - последнюю фразу он почти прошептал, но я был в таком состоянии, что сейчас мало бы что смог услышать.
- Оставь меня одного, - крикнул я. – Пошел на хер, убирайся! – в Федора полетело все, что было у меня под рукой.
Испуганный Кагор выскочил из кабинета, не забыв прикрыть дверь. Хорошо, что время было за полночь и сотрудников не было на рабочих местах.
Одним махом я все скинул с рабочего стола и принялся громить кабинет. Все что было хрупким – разбивалось, все что могло летать с моей помощью – летало. Успокоился только разгромив практически весь кабинет."
"Рассмеявшись, опустился на пол. Смех постепенно переходил в истерику. Его слова засели у меня в подкорке и все. Мысли роем кружили. Игрушки, только эти игрушки не заполнят пустоту в сердце. А оно вообще у меня есть? Сомневаюсь.
