– Сегодня победил Бугай!
– Ааа-а-а-а!!! Бугай! Бугай! Бугай!
Толпа орала, шумела, свистела, топала ногами.
Бой был окончен.
Глава 46
Так и повелось отныне: бой раз или два в неделю, вожделенные деньги. Пока на ринге у меня было лишь одно поражение. Сказывалось вынесенное из лагеря правило – уцелеть любой ценой. Сейчас ценой выживания были победы, и я не сдавался, даже когда плевал кровью на цементный пол ринга. Моей семье нужны были деньги.
Хорошо, хоть на смуглой коже не так заметны синяки, но Даша начала задавать вопросы, откуда у меня постоянные травмы, боялась, что меня избивают на работе, а объяснить ей происходящее я не мог.
До родов осталось всего ничего, и волновать жену в такую пору не хотелось.
Мы с Михаилом сделали люльку, Даша и Ульяна купили материал, по вечерам шили распашонки, чепчики, пелёнки: всё, что нужно малышу. Не забыли и о старших. Мальчишкам взяли штаны и рубашки, Танюшке пару платьев и Даше отрез ткани на новую одежду.
Но большую часть денег я старался откладывать на участок.
Надо ставить дом, пусть и не в этом году. Ничего, потихоньку обживёмся, всё наладится. Также я всё же продолжал поиски другой работы в городе. Хотя сам себя ловил на мысли, что вряд ли смогу отказаться от участия в боях. Где ещё столько заработать?
Ставки на меня росли с каждым днём, а с ними увеличивалась и плата за бой. Матвей, добродушно улыбаясь, отсчитывал мою долю в конце вечера с видом мецената:
– Гляди, Бугай. Как жить можно. Это тебе не на заводе за пять рублей спину гнуть.
Да, эта публика жила по-другому. Воры, «медвежатники», щипачи, вышибалы местных авторитетов, домушники. Вся «элита» преступного мира Свердловска присутствовала на боях. Красиво одетые, ухоженные, они скорее походили на депутатов, как говорится, найдите десять отличий.
Проводя много времени на рынке с Матвеем, я уже достаточно познакомился с местным криминалом.
Вон, на крайнем месте слева сидел Федька, увидишь его днём и не обратишь внимания: серый, неприметный мужичок с незапоминающимся лицом.
Только именно этого он и добивался. Федька был щипачом и приносил долю выручки всё тому же Матвею. А сейчас на нём был костюм из серой шерсти, голубая рубашка и лаковые туфли. Такому место в доме культуры, а не в загаженном цехе. Девчонки, разодетые в пёстрые платья, на губах алая помада, глаза подведены чёрным карандашом, на ногах чулочки, туфельки на каблуках. А ведь обычные проститутки, наводчицы и бог знает кто ещё.
