Невольно я постоянно сравнивал жизнь прошлую и нынешнюю. И если дома с Дашей и детьми я был счастлив, как никогда до этого, то сейчас и горе, и лишения мои были безмерны.
Григорий взял жестяную банку за отогнутую крышку, подул и аккуратно попробовал. Шумно выдохнул, сделал ещё глоток и передал дальше. Так, мы и пили «чай», ведя неспешную беседу.
– А, и всё-таки ловко ты с шахтой управился, – отхлебнув взвара, вспомнил Михаил. За это время он сильно потерял в весе, и теперь щёки его висели точно у бульдога, а на теле кожа болталась складками.
– Род наш испокон веков занимался обустройством колодцев, потом и следили за ними, чистили, плывуны убирали, чтобы вода у людей была. Потому и смог я помочь.
Миша кивнул:
– Дело нужное, вот, помнится, у нас старик-лозоходец жил, лет сто ему было. Так за ним приезжали из далёких деревень, таких, о которых мы и не слыхали вовсе. А всё потому, что колодцы, им ставленные, людям по сотне лет служили.
– Есть такое, – кивнул Григорий.
– Я сам сибиряк. Как у нас только их не называли и лозоходцами, и водознатцами, да и просто ведунами. Даже легенда есть о сокровищах, что одним из них на дне реки припрятаны.
– О сокровищах! – свесился сверху Пашка, – расскажи, дядь Гриш, – глаза мальчонки загорелись.
– Так уж и быть, – улыбнулся сосед, – издревле таких людей привечали. Как жить без воды? Кто-то и вовсе говорил, что это потомки чуди белоглазой, от них, стало быть, ведовство и передалось.
Так вот. Жил в одном городишке, бают, ещё Ермаком самим поставленным, купец. Род их и был лозоходцами, колодцы, что ещё его отцом ставлены, служили исправно. Торги вёл купец тишком, больших денег не заработал, но и на прибыток не жаловался. Но наступила в его жизни чёрная полоса, будто сглазил кто. Пару раз его караван лихие люди в лесах встретили, охране бока намяли, товар весь умыкнули. И разорился бы наш купец, коли не деревушка, что ему принадлежала.
С неё и кормились, с единственным сыном.
А по той поре у другого купца, богатого, гордого, дочка была на выданье. Красавица, каких поискать. Как мне не ведомо, встретились девица и сын нашего купца и, как водится, полюбили друг друга. Бухнулись в ноги к отцу красавицы. Тот и поставил условие юноше, принесёшь сундук золота за дочку, будет твоя."
"Вот и задумал купеческий сын денег водознатством своим заработать, больше почитай и нечем.
