Мне казалось, что еще немного и та же участь постигнет меня, но я прекрасно понимала, что против этой знаменитой актрисы я просто никто и вряд ли смогу представлять сексуальный интерес для этих жеребцов. Один из подонков будто прочитал мои мысли и, подойдя ко мне, что было силы хлопнул меня по заднице.
– Вы что? – затряслась я от страха.
– Ничего. У тебя тоже задница что надо. Виталик, а может, эта телка тебе дорога? Может, если мы этой засадим, ты раскошелишься?
– Эту я вообще не знаю, – простонал режиссер.
– Тоже верно. Та хоть известная, а эта… Если тебе та была по хрену, то эта тем более.
В этот момент приподнялся истекающий кровью Денис и проговорил:
– Это моя женщина. Я разорву любого, кто прикоснется к ней своими грязными лапами. Любого… если не сейчас, то уж потом точно. Из-под земли достану и уничтожу.
– Ой-ой-ой, какие мы грозные! – заржал бандит. – Мне так страшно, аж сердце в пятки ушло. Виталик, а это что за крендель?
– Не знаю.
– Как это не знаешь? Ты что, пускаешь в дом незнакомых людей?
– Я его не знаю.
Он какую-то девчонку разыскивает.
– Ты хочешь сказать, он здесь случайно?
– Случайно.
– Сейчас мы это проверим.
Громила взял за грудки раненого Дениса и, хорошенько тряхнув его головой об пол, полез в карман его пиджака. Достав паспорт, изверг открыл документ и хихикнул.
– Крендель, а ты, оказывается, женат. Как девку зовут? Лидия? Так ты потому такую речь двинул, что она тебе жена!
– Сука, я тебя задушу, как только встану, если ты еще раз свой поганый рот откроешь, – попытался подняться Денис, но безрезультатно.
– Ты не задушишь, а у меня отсосешь! – все так же по-лошадиному заржал мужик. – Пацаны, может, этот пидор знает, где у Виталика остальные бабки лежат?
– Он не знает, – вновь напомнил о себе режиссер. – У меня больше нет наличности. Я вам богом клянусь.
– Оставь при себе своего бога, урод!
А дальше случилось что-то совершенно непонятное.
В комнату влетели новые вооруженные люди, и началась самая настоящая перестрелка… Я уже плохо понимала, кто в кого стреляет, и даже не верила, что останусь жива.
Я просто закрыла глаза и мысленно молила Господа Бога только об одном – чтобы это побыстрее закончилось.
Глава 20
Как только выстрелы затихли, я открыла глаза и крепко ущипнула себя за правое ухо, чтобы понять, жива я или мертва. Ой, как больно! Значит, жива. Пока жива, потому что в этом доме можно запросто отправиться на тот свет буквально за считанные секунды.
