Единственное, что могу пообещать — это то, что я постараюсь.
— Что мешает нам уехать так же, как приехали? Ночью?
— Камеры. Я, конечно, понимаю, что на меня тебе плевать, но мне ещё здесь жить. Второй раз отвертеться по малолетству не получится.
— Ясно. Что я должна делать?
— Веди себя так, словно хочешь стать одной из нас. Добейся того, чтобы тебя начали обучать. И в жизни пригодится и за тобой будет меньше контроля.
— Сколько, ты думаешь, нам нужно времени? — спросила я ошарашенно.
— А ты думала, что мы приедем, прорвёмся с боями в корпус, схватим Мирославу и рванем с ней в ведомство? Я не самоубийца, мелкая.
— Понимаю. Но моя родные, Пречистый Отец, что они подумают?
— Не реви, — вдруг зарычал дикий, хлопнув по рулю. — Ненавижу, когда ты плачешь.
Он стиснул зубы, вздохнул:
— Я найду для тебя возможность позвонить родителям. Или брату. Скажешь, что ты вместе с Мирой и ищешь способ ее спасти.
— Мит, — осторожно сказала я, вытирая слезы, которые действительно не смогла сдержать, — ведомство уже знает, что Мира у вас.
Как и другие дети. Они перевернут область, обшарят каждое поселение, но найдут вас.
— Нет, Свята. Поверь мне, никто этого делать не будет. Все ограничится бесполезными добровольными отрядами.
— Почему ты так думаешь?
Охотник помолчал, постучал пальцами по рулю. Нехотя проговорил:
— Не могу пока сказать. Просто оно тебе не нужно.
— Но я хочу знать!
— Хочешь — узнаешь. Но не от меня. Пойдем. Устрою тебя на ночь.
Дмитрий вышел из машины, даже не оглянувшись по сторонам.
Беспечно и спокойно, как посреди дня. Я вспомнила его хищные движения, напряжённую позу и торопливость, с которой он действовал у больницы. Видимо, в городке, как и на тренировочной базе, есть электрическая охрана по периметру. Странно, что я ее не заметила.
В доме было тихо.
— Родители спят? — спросила я шепотом.
— Их сейчас нет в городе, — ответил охотник, включая свет. — Есть хочешь?
Мне сразу вспомнился Вик с его извечным желанием меня накормить. И от этой мысли захотелось заплакать и улыбнуться одновременно.
— Хочу, — призналась я."
"Дмитрий молча развернулся и ушел в глубь дома. Пожав плечами, последовала за ним. Домик был таким же аккуратным внутри, как и снаружи. Минимум мебели, максимум светлых тонов и дерева.
— Садись, — кивнул на стул Дмитрий, заметивший, что я стою в дверях, разглядывая кухню.
Послушно села на указанное место и стала наблюдать за диким. Мне ещё не приходилось видеть мужчину на кухне.
