Присматривай за ней.
— Все украденные дети — видящие? — я все ещё не могла пережить потрясения.
— Так писали в вестнике. Свята, вот честно, как можно было пропустить все сводки?
— Не знаю, — ошарашенно произнесла я. — Паш, позови меня, если что. Я в библиотеку схожу."
"— Иди, — махнул рукой Пашка, включая телевизор. Остальные оперативники уже дочитали сводку и занимались своими делами. Родион уткнулся в телефон, Гоша забился в дальний угол и включил видеосвязь. Не нужно быть гением, чтобы понять, что разговаривал парень со своей новоиспеченной женой.
Егор достал проект курсовой и уже погрузился в него.
Ночь — время ожидания и выездов. Тренируемся мы днем — много и часто, поэтому на своеволие в перерывах между выездами начальство спокойно закрывает глаза.
Библиотекой мы по старой памяти называли небольшой кабинет, в котором вплотную друг к другу стояло два компьютера. Я загрузила данные по пропажам детей и через некоторое время почувствовала, что от потрясения и страха у меня немеют пальцы.
Дети пропадали постоянно. Каждые несколько месяцев. И каждый раз это был видящий ребенок.
— Какого проклятого? — растерянно пробормотала я. Бланка подняла голову, думая, что я разговариваю с ней. Машинально погладила собаку и загрузила сводку за последние десять лет. Те же самые цифры.
Почему я не знала об этом? В конце концов, вестник публикуется ежемесячно и, как сказал Павел, чисто теоретически, это информация должна была попасть ко мне хотя бы случайно. Или нет? Если бы Пашка не ткнул меня носом, стала бы я читать скучные сводки? Ответ был очевидным и нелицеприятным.
Странно другое. Никто не обсуждал этого. И, совершенно точно, такая информация в городские новости не попадала. Я закрыла архив и пошла обратно к ребятам. Бланка радостно потрусила впереди, рассчитывая поживиться у парней вкусняшками.
Вызов пришел ближе к утру, когда все мы уже тайком радовались, что смена прошла без неприятностей.
— Сработала сигнализация, — кратко озвучил ситуацию Павел, когда мы уже ехали на место происшествия.
— В квартире должна быть только девушка шестнадцати лет. Мать в командировке, отец живёт в другом городе.
Это плохо. Подростки — самая уязвимая часть населения. Слишком мало знаний, слишком много эмоций. Время протеста против всех — родителей, государства, ведомства.
Парни молчали, думая о том же, что и я. О том, что процент смертельных случаев в такой ситуации — больше восьмидесяти процентов.
