-Насколько я знаю, Терейский океан очень холодный,и даже летом там почти не тают льды!"
"- У северного океана, как и у всех северян, есть свои секреты, Аннет, и, когда-нибудь, я расскажу тебе о них, - Торн сдержанно улыбнулся и тихо произнес: - Но не сейчас.
Он легко щелкнул пальцами, магические светильники мгновенно погасли, а лунная дорожка,тянущаяся по воде, неожиданно засверкала яркими бликами.
- Иди сюда, - притягивая меня к себе, шепнул наместник.
Его руки ловко избавили мои волосы от шпилек, коснулись открытых плеч, одарив их мимолетной лаской,и спустились ниже, к глубокому вырезу платья.
Прохладные пальцы искушающе прошлись вдоль ряда рубинов, окаймляющих лиф, будоража и вызывая непонятную дрожь, задержались на выступающих полукружиях груди и мягко опустились на талию, чтобы уже через секунду распустить шнуровку и заставить платье опасть к ногам, оставив меня в одном белье.
- Тш-ш... Не бойся, Аннет, - успокаивающе сказал Артур, легко справившись с корсетом и развязывая тонкие завязки моих панталон.
- Позволь мне полюбоваться твоей красотой, -шелк, легко скользнув по коже, оказался рядом с платьем, а Торн немного отступил назад, окидывая меня восхищенным взглядом. - Как же долго я мечтал об этом, - тихо произнес он.
- Ты прекрасна, Аннет!
Его глаза сияли серебристым светом, забирая в плен мою душу и вынуждая задыхаться от волнения. Наместник смотрел на меня, не касаясь, а я чувствовала, как по всему телу прокатывается волна жара, опаляя внутренности, зажигая кровь, заставляя дыхание сбиваться.
Тонкий белоснежный узор, нанесенный Розой, неожиданно ожил, переливаясь и мерцая на бедрахледяной изморозью.
- Аннет, - придвинувшись вплотную, хрипло произнес Артур.
- Светлая солнечная девочка, - его губы мягко коснулись моих.
В тот же миг, я забыла и о смущении,и о том, что стою обнаженной в объятиях мужчины, и о предстоящем таинстве брачной ночи.
Контраст между одетым наместником и полностью раздетой мной неожиданно добавил остроты столь сладкому поцелую, и я вцепилась в обтянутые алым бархатом плечи, погружаясь в темноту собственных желаний. Недавний чувственный сон, оставшееся после него неудовлетворение, проснувшийся огонь, умелые ласки Артура и его властный напор - все это заставило меня забыть о стыдливости и полностью отдаться страсти.
Я не помню, как мы очутились в постели.