Ужас не давал вдохнуть. Животный оскал на некогда красивом личике незнакомки вызывал дикую панику. Я ввалился внутрь комнаты не в силах заставить себя остановиться и на миг, даже для того, чтобы закрыть за собою дверь.
Словно почуяв мое облегчение, гостья оторвала безумный взгляд округлившихся глаз от кубка и посмотрела в мою сторону. И тут ярость на лице незнакомки сменилась растерянностью. Кубок выпал из ослабевших пальцев и тут же взорвался. Мелкие осколки впились в вихрь так, как если бы тот был живым существом.
Брызги остатков вина застыли в воздухе, словно капли крови умирающего урагана. Ковер медленно опустился на пол. В комнате воцарилась тишина, нарушаемая лишь легкими шагами приближающейся девицы.
Незнакомка протянула ко мне руки и с потерянным, почти детским выражением удивления на лице, коснулась воздуха в том месте, где начинался порог, словно бы не видела никакой комнаты. Потом коснулась своих губ и озадаченно прикусила ноготок.
А я даже сейчас ощущал силу женских чар, любуясь гибким телом.
И было все равно, что желание остро смешивалось с животным страхом. Даже понимание того, что девица, словно паучиха, которая слопала бы меня после полового акта, не приуменьшило похоть, сотрясающую тело. Но инстинкт самосохранения был сильнее. Он и сейчас заставлял меня ползти все дальше в глубь кладовки.
Гостья тяжело вздохнула и отвернулась. От некогда чистого ковра в тех местах, куда упали осколки кубка, поднимался разноцветный пар. Девушка подошла и, присев на корточки, сунула руку в клубящийся туман.
Взвизгнув от боли, тут же отдернула руку и подула на пальцы так, словно обожглась. Обиженно посмотрела на мундштук, выпавший из ее пальцев. Затем поднялась, досадливо плюнула на ковер и... растворилась в воздухе.
От неожиданности я отшатнулся и ударился виском об огромный замок сундука. Бандура покачнулась, словно картонная коробка. С него на меня посыпались пыльные свертки и старые книги. Я закрылся руками и очень вовремя. По ящику покатилось что-то металлическое, через мгновение на меня свалился большой кувшин с тонким горлышком.
Крышка, позвякивая, покатилась в сторону, а из сосуда вязко выплыло большое сиреневое облако. Словно ветер сорвал с плеч восточной красавицы тонкую шаль и унес в небеса... с той лишь разницей, что облако просочилось прямо сквозь потолок.
Наверху раздался жуткий грохот и лязг железа. Мимо того места, где только что стояла незнакомая девица, с истеричным визгом пробежала наемная уборщица.
