Я хотел осторожно двинуться следом, чтобы узнать, куда он его потащит, но тут из автомобиля вышла моя «мамочка». Хлопнула дверца, над головой женщины, истошно вопя, закружилась давешняя ворона. Но дама не реагировала ни на рассерженную чем-то птицу, ни на усиливающийся дождь. Так и осталась стоять на месте.
- Кукла, - растерянно хмыкнул я.
«Мама» не шевелилась, и даже не мигала. Взгляд широко распахнутых глаз был направлен в сторону главного входа. Хлопнула дверь, Виктор поспешно подбежал к женщине и что-то шепнул.
Та медленно направилась к дому, а охранник сел за руль. Лимузин тронулся с места, вскоре исчез за углом левого крыла дома.
Дождавшись этого момента, бросаюсь к входной двери. Почему-то странной женщины я не опасаюсь. Та как раз взялась за ручку, дверь скрипнула, я едва успел скользнуть следом. Не обращая на меня никакого внимания, «мама» повернула в сторону библиотеки. Я бросился следом, но дверью прищемило часть куртки. И пока избавлялся от насквозь мокрой одежки, женщина успела скрыться.
Куда же она направилась, в библиотеку? Меня осенило: возможно, там есть потайной ход!
Библиотека встретила меня нежданным лучиком солнца, пробившегося сквозь шторы. Я растерянно остановился. И как же искать скрытую дверь? Дробь дождевых капель, музицирующих на окнах, быстро стихала, в комнате на глазах становилось все светлее, словно изменчивая погода решила мне помочь в поисках.
- Может, тайный ход выдаст глухой стук? - спросил я у высокого шкафа. Ровные ряды книг на полках безмолвствовали.
Подумал, что говорить с книгами глупо, все равно не ответят. Толстый ковер проглатывал звук шагов, красноватые панели книжных шкафов на стук костяшек отзывались абсолютно одинаковым звуком. Озадаченный, я остановился.
- Ну и как мне его найти? А! Какая-то книга должна открывать вход! Может, как раз про нее и говорил незнакомец!
Пальцы суетливо дергают корешки книг, сердцем завладел азарт. Вот и вторые полки, третьи, тянусь все выше. Тут я неловко рванул какую-то огромную книгу, следом повалились другие.
Пытаясь закрыть руками голову, мечусь в сторону, но нога цепляется за кресло, уже на полу с ужасом слежу, как качается весь огромный шкаф, книги сыплются градом. И тот огромный фолиант все-таки тоже соскальзывает с полки. Боль и тишина.
Москва 18янв.08г.
Тишина и боль...
Я не могу разлепить глаза, даже мысль об этом кажется чудовищно болезненной. Вокруг все кружится, вертится, я с трудом сдерживаюсь, чтобы не заорать от боли.
