Ощущаю жар мужского желания, вижу жилку, бьющуюся на виске с сумасшедшей скоростью, и сдаюсь, шепчу практически в губы этому отчаянному мужчине:
— Так покажи мне, Фил, научи меня отключать мозги…
Гринвуд сразу же отпускает меня, устремляя свой взгляд на дорогу, наконец выполняет требование сигналящих автомобилей и срывается с места.
Он поворачивает на перекрестке, и я понимаю, что сегодня он везет меня точно не ко мне домой.
Спустя недолгую пробежку по лестничным площадкам мы попадаем в его квартиру, и стоит двери захлопнутся за моей спиной, как крупный мужчина прибивает меня своим телом и начинает целовать.
"
"Чувствую шершавый шрам на его губах, как он царапает мою кожу на шее, пока мужские руки быстро расстегивают и избавляют меня от платья.
В одно мгновение я остаюсь без белья.
Оказываюсь абсолютно обнаженной. Фил не дает мне продохнуть, ловит мой взгляд и не отпускает. Разворачивает меня, прижимается сзади и дает почувствовать, насколько он возбужден.
Ощущаю, как его ладонь накрывает промежность и палец, не церемонясь проникает глубоко внутрь, инстинктивно дергаюсь, пытаясь толи избавиться от наглых рук, то ли насадиться еще сильнее.
— Уже мокрая, золотая девочка… — довольный смех в самое ухо. Голос низкий, сексуальный, с хрипотцой.
Опять резкий разворот. Я завожусь от умелых ласк, сама целую в ответ. Гринвуд отталкивает меня. Отходит, через голову стягивает футболку.
Показывает мне себя во всей красе, и я оцениваю всю его мужественную, агрессивную фигуру по достоинству. Как я могла когда-то посчитать его не привлекательным?!
Во все глаза смотрю на переплетение странных вязей татуировок, оплетающих мощную грудную клетку.
Татухи на этом мужчине смотрятся весьма органично. Гринвуд поворачивается ко мне широкой спиной с четко прорисованными мышцами на которых красуются черные вязи страшной татуировки.
Когда понимаю, что он просто уходит, меня перекашивает. В шоке наблюдаю за ним и иду следом, как на прицепе.
Сильный, борзый и безумно притягательный, агрессивно сексуальный Гринвуд притягивает взгляд.
Мне становиться очень неуютно, прикрываю грудь руками, обнимаю себя за плечи, чувствуя, как дрожит разгоряченная кожа.
Однако холодность Гринвуда не длиться долго. Он открывает дверь и заходит в спальню.
Расстегивает пояс и приспускает джинсы, демонстрируя крепкий зад. Специально раздевается у меня на глазах, давая мне время оценить увиденное по достоинству, подготовится ко всему, что должно произойти, между нами.
— Ложись на кровать.